Новая романтическая история о женщине, которая поддаетсь исключительной власти дракона и осваивает тайны загадочной магии, приводя ее к невероятным любовным открытиям. Книга не только расскажет о фантастической сюжетной линии, но и создаст атмосферу жестоких игр и глубокого подозрения, когда жизнь становится столь же реальной, как мечты....
Похоже, «Не единственная» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На всякий случай кидаю записку в камин, где она вспыхивает золотистым пламенем. И, разумеется, тут же решаю проверить перстень в действии.
Надеваю его на средний палец левой руки. Он тяжелый, чувствуется на пальце. Агат загадочно мерцает черными гранями, в его маслянистой глади отражается свет канделябров.
Почти не дыша, подхожу к зеркалу. Чувствую, как по спине ползет холодок. Смотрю на свое отражение, сглатываю горький ком и поворачиваю перстень камнем внутрь…
В первую секунду ничего не происходит. Потом мое отражение начинает дрожать, будто по зеркальной глади прокатывается волна за волной.
Картинка меняется. Теперь вместо себя и комнаты за спиной я вижу знакомые стены и мебель. Это моя квартира! Причем, я вижу ее так, как если бы смотрела из большого зеркала в прихожей!
Забывшись, протягиваю руку и касаюсь стекла. Пальцы проваливаются в пустоту, будто в кисель. Вижу их с той стороны. Они преломляются, будто я погрузила их в воду.
Рефлекторно отдергиваю руку. Прижимаю к груди. Пальцы дрожат, сердце колотится.
Неужели я могу шагнуть в это нечто и выйти с той стороны?!
– Анабель! – шепчу так громко, как только могу. – Анабель!
Она выходит из дверей спальни в моем халате. Зевает. Простоволосая, без косметики, без привычного шарма.
Я теряю дар речи. Потому что она – мое отражение. Именно такую себя каждое утро я вижу в зеркале ванной!
– Ну, чего тебе? – ворчит недовольно. – Разбудила ни свет ни заря.
– А… – растерянно отступаю, – который час?
– Шесть утра, – она снова зевает, – забыла предупредить, что у наших миров разница во времени двенадцать часов.
– Увидеть сына.
Анабель морщится:
– Ну вот, опять за свое. Все с ним в порядке. Дрыхнет без задних ног.
– Дай мне посмотреть на него, – настаиваю на своем.
– Ты не в том положении, чтобы указывать, – замечает она.
Я решаю идти ва-банк:
– Уверена? А если я все Дариону расскажу?
На миг она застывает. На красивом лице отражается страх. Но уже в следующий момент она бросает насмешливо:
– Попробуй.
– Почему? – шепчу потрясенно.
– Дарион – дарг! – жестко отвечает она. – Все, что его волнует, это проблемы клана и империи в целом. А еще – отсутствие наследника. Неужели ты думаешь, что он отпустит женщину, способную подарить ему долгожданного сына? Да мы для него никто, как и вообще для всех даргов. Драконы не люди, они не умеют любить, жалеть, сочувствовать.
