Автор
Габриель стирает последнюю мысль о Настеньке в душе и смотрит в зеркало: белокурые волосы мерещатся ему повсюду. В каждом встречном мужчине он видит повторение его прежних неудач – снова разочарований, снова жертвы обманчивых ожиданий. Он сажается в машину и направляется домой, закрывая глаза на собственную боль....
Похоже, «Не (его) игрушка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Словно женщин ему на свете мало! Зачем нужна я?
Месть… Эго… Чувство собственного превосходства…
Фу! Какой же он отвратительный!
Меня тошнит.
Мужчина никак не может принять, что я согласилась быть с Габриелем, а ему дали от ворот поворот.
Страшно. Но не за себя. За ребёнка. Тимофей Павлович сказал, что традиционным сексом заниматься нельзя. Альтернативные способы использовать можно, но я должна быть предельно осторожна. В случае любого дискомфорта сразу же приезжать к нему.
Сейчас с малышом все в порядке.
Мда…
Судорожно соображаю как быть. Ищу варианты решений. Изо всех сил стараюсь мыслить здраво. Немного времени ещё у меня есть.
Адреналин в крови бушует с удвоенной силой. Мешает думать. Не даёт окончательно скатиться в истерику.
А она накрывает…
Мужчина подходит ко мне сзади вплотную. Впечатывается своим разом в меня.
Попкой чувствую его возбуждённый член. Волна отвращения прокатывается по коже.
— Ну вот ты и попалась, птичка, — презрительно произносит мужчина. В его голосе столько эмоций, что мне от одного его звука становится не хорошо.
Дэниель проводит носом вдоль моей шеи, с шумом вдыхает мой запах. Стонет.
— Ммм, а ты сладкая! — говорит с вожделением. — Шлюшка! — добавляет с улыбкой в конце.
Горячее дыхание Дэниеля впивается острыми иглами в самое сердце. От сминающего ужаса я даже не могу ничего сказать.
Он накрывает мои руки своими, сжимает, собственническим движением проводит ладонями вверх.
— Так что же такого нашел в тебе мой брат?
Больно хватает пальцами за подбородок, разворачивает мою голову, заставляет посмотреть себе в глаза.
— Сучка! — выплевывает с ненавистью.
Его взгляд пугает до дрожи. В нем есть нечто такое, от чего хочу убежать. Но ноги приросли к полу.
Расширенные зрачки практически полностью закрывают радужную оболочку. Злорадная усмешка.
Дэниель не просто пугает меня! Он приводит в ужас!
Все, о чем я могу думать сейчас, мой ребенок. И молиться, чтобы гавнюк так ничего и не распознал!
Он не должен знать о беременности. Будет только хуже.
— Дэниель, отпусти! Мне больно! — пытаюсь вырваться из его цепких лап.
Но мужчина не отпускает. Он смеётся. Мурашки по телу бегут от этого смеха. Кровь стынет в жилах.
— О, нет, дорогая! — шепчет мне на ухо.
