Автор
В доме престарелых произошел пожар, унесший жизни многих людей. Официально виновата медсестра, но сын погибшей не верит в это. Он уверен, что настоящие преступники скрываются среди работников учреждения. Герою предстоит разоблачить истину и найти тех, кто устроил эту страшную трагедию.
Я берегу ее нервы, — сказал Степан с оттенком гордости за свою предусмотрительность. — Хватит с нее учеников-дебилов. Они каждый день ей мозг потихоньку выедают.
— Я ей удивляюсь, как же она может быть такой недальновидной?
— Может, уже сменим тему? — вдруг озлобился Нефедов. — И вообще, где обещанный ужин?
— Пойду узнаю, чего она там копается."
"Пока Анисимова узнавала насчет степени готовности ужина, я размышляла над услышанным. Оказывается, Валерия со Степаном были знакомы очень давно, причем достаточно близко. Но потом судьба развела их, они создали свои семьи, и вот через много-много лет эти двое снова встретились и замутили криминальный бизнес. И никакие они сейчас не любовники!
Валерия вернулась минут через десять.
— О, да я смотрю, ты уже полбутылки оприходовал!
— Да где? Одну треть, не больше! — возразил ей Нефедов. — Не переживай, я умею остановиться. Это только дураки пьют до тех пор, пока им не станет плохо, а умные, пока им не станет хорошо. Мне пока — фигово…
— Да, интересно, что же с тобой случилось?.. Ладно, пойдем вниз, Лена накрыла на стол.
— Ты снова спровадишь ее из дома? — поинтересовался Степан.
— Нет, уже поздно. Пока мы будем ужинать, она приберется на мансарде… Ты идешь?
— Да-да, сейчас.
Я стала настраивать тюнер на другую волну, чтобы услышать то, о чем будет говориться на первом этаже.
— О, вкусно! Хорошая у тебя домработница. На все руки от скуки… А вот моя Соня совсем готовить не умеет. Сердце красавицы склонно к пельменям, — запел Нефедов, перефразировав известную арию. Похоже, ему все-таки стало лучше.
— Так уж и не умеет? — усомнилась Валерия.
— Может, когда-то и умела, но уже давно перешла на магазинные полуфабрикаты. Они мне уже вот где.
— Знаешь, когда я начала догадываться, что Анисимов завел кого-то на стороне, я тоже перестала готовить для него борщи, гуляши и уж тем более печь его любимые пирожки с печенкой, — разоткровенничалась Валерия. — Нужно быть полной дурой, чтобы стоять часами у плиты, когда твой муженек проводит это время с другой.
— Ну и к чему ты мне все это рассказываешь?
— Так, к слову пришлось. Передай мне, пожалуйста, горчицу…
— Возьми. — Какое-то время Степан с Валерией молчали, потом он спросил: — Ну так что там с Ромашкиными? Ты уже забросила удочку?
— Я же просила, не надо об этом! — одернула своего делового партнера Анисимова.
— Прислуга наверху. Она ничего не услышит, а если что-то и услышит, то это не ее ума дело.
