Попав в новую страну и совершенно случайно оказавшись среди военных, главный герой сразу начинает испытывать сильное недовольство. Он чувствует себя зачастую обиженным и даже подвергается грубым издевательствам. Временами это напоминало нечто среднее между игрушечной войной и настоящей бойней, но всегда было гораздо более серьезно....
В третьих, крона дерева над нашими головами раздвинулась, открывая аккуратный… проход? Пролёт?
Последнее: земля из под ног нашей четверки стремительно ушла вниз — причем что-то мягко, но непреклонно ограничило возможность двигаться. Всего несколько секунд понадобилось сверху, чтобы поднять нас в небо на сотню метров вверх, сдвинуть примерно километра на полтора в сторону — и посадить между темными домами в стороне от зоны празднования.
— Ухх, спасены! — парень, как только невидимые путы исчезли буквально рухнул на мостовую.
— Ик! — подтвердила блондинка, для надёжности хватаясь за накидку Хоук, — а п-пчему мы ушли?
— Алан, прости, пожалуйста, что тебя сдернула с места и телефон отключила, — оттолкнув чуть в сторону бесконтактным телекинезом одну и вздернув с земли второго, повинилась девушка.
— Ну, окончание мне определенно больше понравилось, чем всё до того, — улыбнулся я. Для рядового обывателя подобная встряска, наверное, стала бы событием, но для меня и после всего и на лёгкое происшествие не тянуло. — Так вы герои, ребята?
— Не просто герои — Юные Защитники Монтерей Бэй! — приосанился Вульф, — Я — могучий, быстрый и ловкий Оборотень!
На мгновение мышцы говорящего вспухли впечатляющими буграми.
— Наша блонди — искромётная Энерджайзер!
Девушка, успевшая заснуть стоя (!!!), согласно икнула, не просыпаясь и окуталась сеткой маленьких молний.
— …Ну а с Хоук ты уже знаком. Кстати, Птица, ты как умудрилась откопать парня, ничего о нас не знающего?
— Я не местный, — прокомментировал я, пока покрасневшая и явно сильно уставшая от стремительного манёвра телекинетик пыталась отвесить Вервольфу пощёчину рукой. — В мультиколледж приехал учиться.
— А-а, понятно, — на мгновение замер перевертыш, и это стоило ему удара по щеке, едва не снесшего его с ног. — Ай, ты что творишь! Больно же!!!
— Заживёт как на собаке, — припечатала Хоук. — Еще раз прости, Алан за такое… знакомство.
— Да ничего, — ответил я, внезапно поняв, что остался на улице один. Точнее, не один: рядом я с трудом разглядел плёнку колышущегося темного марева, видимо до того скрывавшегося и меня. И глушащего звуки.
