Попав в новую страну и совершенно случайно оказавшись среди военных, главный герой сразу начинает испытывать сильное недовольство. Он чувствует себя зачастую обиженным и даже подвергается грубым издевательствам. Временами это напоминало нечто среднее между игрушечной войной и настоящей бойней, но всегда было гораздо более серьезно....
— У себя в родных мирах обычно занимались какими-то простыми промыслами: кто-то сакэ, как огры, делают, кто-то рыбу ловит, кто-то рис растит… Большинство не знают, откуда такие красивые взялись, но учитывая примеры других Пришлых — произошли когда-то от людей, изменившись вместе со своим миром.
— А еще?! — Поняв, что я не собираюсь продолжать фразу, едва ли не взмолилась Птица.
— Говорю же, в моем классе таких не было, — вздохнул я. — Какие-то сведения о каждом виде можно узнать из «Энциклопедии разумных рас»…
— У тебя есть эта книга? — Подавшись вперед, перебила меня Ястреб.
— Там аж семь томов… — Машинально поправил её я. — Но да, есть. Не с собой, разумеется.
— Разумеется, — явно заставив себя с усилием выдохнуть, девушка распрямила спину и почти спокойно спросила: — Можно у тебя её взять почитать, ненадолго?
— Там все на японском, — предупредил я.
— Мне и через переводчик телефона сгодится, — отмахнулась собеседница, все же распаковывая успевший подостыть гамбургер.
— Хорошо… — а вот я, наоборот, отложил свой сендвич.
— Можешь попробовать поискать сам, — прожевав, качнула головой Хоук. — Я вот не нашла. А найти очень пыталась, поверь.
— Заходи тогда… — я прикинул время, и вывел адрес съемной квартиры на проекционный экран смартфона, — послезавтра, после семи вечера.
Как раз хватит времени, чтобы найти место без камер и там достать нужное из Фаи.
— Ты меня очень обяжешь, — крайне серьезно отозвалась Птица.
Вернувшись в лабораторию, мы дружно посмотрели на «аквариум» вакуумного блока, потом друг на друга.
— Что ж, в конце концов получится, — скорее себе, чем девушке посулил я. Еда приятной тяжестью улеглась в желудке, напрягаться совершенно не хотелось…
— Знаешь, дай-ка я встану за манипулятор, — неожиданно попросила Хоук. Подойдя к пульту, она зачем-то достала телефон, врубила лампу подсветки съемки в нем на полную мощность и положила на верхнюю грань. Всмотрелась в монитор, с увеличением транслирующий клешню манипулятора и требовательно протянула руку.
Изображение с пересвеченной камеры окончательно поблекло и аж слегка зарябило. Удовлетворенно кивнув, девушка, пробежала пальцами по пульту… и мне захотелось протереть глаза: графеновая лента сама развернулась на своей катушке, сунув кончик точно в захват. И ровно-ровно оборвалась на нужной длине.
