Попав в новую страну и совершенно случайно оказавшись среди военных, главный герой сразу начинает испытывать сильное недовольство. Он чувствует себя зачастую обиженным и даже подвергается грубым издевательствам. Временами это напоминало нечто среднее между игрушечной войной и настоящей бойней, но всегда было гораздо более серьезно....
— Почему твои родственники не используют теплицы для выращивания зелени на продажу? Ведь зимой и температура ниже, и солнца меньше — урожаи неминуемо проседают.
— А ты в курсе, сколько у нас киловатт электроэнергии стоит? — вопросом на вопрос ответила мне Роза. — А эксплуатация сооружения? Внутри которого урожай нельзя будет убирать турбинным газовым комбайном, а электрические знаешь почем продаются? И их нельзя зарядить на заправках по дотационному цензу, как личный транспорт!
— Все-все, я понял, — пришлось выставить перед собой руки ладонями к разошедшейся собеседнице.
— Это как? — Роуз, видимо, действительно не смогла воспринять выведенные данные на экранах, пока их рассматривала. — Солнце, что ли, заставишь больше светить?
— Да, — довольно кивнул я.
— Так я и дум… Что? «Да»?! Стоп, подожди. Ты точно сказал «да»?!
— Пошли, — я кивнул на стол, где стояла экранная приставка с воткнутым в неё мобильником, принимая уже наполненные кружки от кофеварки.
* * *— Секрета никакого нет, все просто, — свернув пока лишние окна, я показал основной рисунок. — Солнце ведь светит не только днём, но и ночью, просто его затеняет для нас сама планета. Причем зимой затеняет куда дольше, чем летом: в Салинасе это семь часов в конце декабря против четырнадцати в конце июня. Грубо говоря, твой салат зимой растет в два раза меньше, чем летом, потому что для набора биомассы требуется освещение….
— Пока этот салат не мой, — сосредоточенно поправила меня Роза. — Но ты продолжай.
— Идея в следующем, — не стал тянуть я. — Расположить зеркальный отражатель для солнечного света из тонкой дешевой пленки так, чтобы он отражал на поля солнечные лучи, пока они в тени Земли по естественным космогоническим причинам.
— И где… — Фриман прервалась, сначала уставившись на мой палец, показывающий вверх, потом переведя взгляд на потолок.
— Световой день прирастает на две минуты, по одной минуте от заката и от рассвета, с каждой отметкой высоты в полтора километра, — немного округлил я. — Нетрудно сосчитать, что расположенное примерно в ста километрах вверх зеркало даст прибавку к освещению в два часа. Заодно чуток подогреет то пятно, на которое будет наведено. И обеспечит дополнительную инсоляцию в течении дня — которую зимой нашему побережью из-за вечных туч не хватает.
