Автор
В глубокой печали сидит человек, брошенный судьбой на похороны своего отца. Его мысли стыдливые и разбитые – как скользкий лестничный трапеция, не позволяя выйти из затруднительного положения. Этот роман расскажет о страхах, сомнениях и внутренних борьбах человека, который надеется на лучшее, но при этом несчастен в своей жизни, когда все вокруг кажется пустым и напрасным....
"
"— Пожалуйста, присаживайтесь, — девушка указывает на свободное место за столиком, где до этого сидел Ольховский, теперь услужливо поднявшийся на ноги при моем появлении. — Я подойду через несколько минут, чтобы принять заказ.
Администратор удаляется, а я сухо киваю Игорю и сажусь напротив него за столик. Внутренний тремор и обжигающее тепло как рукой сняло, и теперь я ощущаю только холод и отчужденность.
Хасанов сволочь, но он прав.
Всю свою жизнь я искала человека, с кем смогу тлеть, как например с Игорем, который ко мне совершенно холоден и безразличен.
Лучше сгореть, чем медленно угаснуть.
— Рад, что ты смогла прийти, — Игорь откидывается на спинку стула, и я скрещиваю ноги под столом, мысленно досадуя, что нас усадили у окна, в которое нас может увидеть Арман. — На приеме вчера ты танцевала с Хасановым…
Начинает без предисловий, и я невольно напрягаюсь и вся превращаюсь в слух.
— Он редкостная мразь, полагаю, ты не могла знать об этом, иначе вела бы себя с ним более холодно.
— Я прекрасно помню твою реакцию на него, и поверь, в тот момент я была бы рада любой отговорке, лишь бы отказать ему, но устраивать скандалы на публике — дурной тон.
Могла бы просто промолчать, но замечание про Армана меня задевает.
— Совсем скоро выборы, и я займу пост, который заслуживаю по праву, а значит мои руки станут длиннее, и я смогу наконец поквитаться с этим отморозком, — Игорь обладает поразительной способностью произносить угрозы с улыбкой на лице, и от этого меня прошибает холодный пот.
Хмурюсь, глядя в лицо человеку, которого считала порядочным и добрым, и внутри все сводит от отвращения. Неужели я была так слепа? А может просто не хотела видеть, мне было выгоднее жить с закрытыми глазами?
— О какой помощи ты говоришь? — напрягаюсь и подаюсь вперед, невольно, но так явно, что Игорь довольно улыбается.
— Я видел, как он на тебя смотрит, готов поклясться, помани ты пальчиком, Хасанов тут же упадет к твоим ногам как верный пес.
Воздух острыми иглами проникает в грудь и давит, давит…
— Я хочу, чтобы ты закрутила с ним, негласно разумеется, — наклоняется вперед заговорщически улыбаясь.
