Автор
В глубокой печали сидит человек, брошенный судьбой на похороны своего отца. Его мысли стыдливые и разбитые – как скользкий лестничный трапеция, не позволяя выйти из затруднительного положения. Этот роман расскажет о страхах, сомнениях и внутренних борьбах человека, который надеется на лучшее, но при этом несчастен в своей жизни, когда все вокруг кажется пустым и напрасным....
Так в чем дело?
По графику…
Странная…
— Я не уверена нужно ли мне все это… — веду плечом, опуская грустный взгляд на плитку под ногами. Слышу как звякают донышки чашек о столешницу, и мои руки тут же оказываются в теплом плену рук моего жениха. Игорь мягко, но настойчиво притягивает меня, заставляя подняться и (чем несказанно удивляет) обнимает, по-сестрински прижимая мою голову к своей груди. С Арманом такое объятие было бы смертельным, потому что его высеченное из стальных мышц тело заставило бы мои нервы плавиться, а меня дрожать в лихорадке.
— Ты просто устала. Прости, я был дураком, столько на тебя свалил. Хочешь, послезавтра вместе съездим в агентство по поводу приема? — такая странная реакция с его стороны напрягает меня сильнее, чем если бы он меня ударил.
Задумчиво выдает, а потом разжимает руки и возвращается к столу за чашками, а я сажусь, пряча остатки неловкости за легкой растерянностью.
Спутницы.
— Возможно, нам следует сделать перерыв… — не знаю как еще объяснить то, чего мне хочется. Мне нужна передышка и отгул со всех этих приемов и вечеров, мне вдруг пришла мысль что очень странно, что я не пересекалась с Арманом раньше. Это хорошо, безусловно, и нельзя допускать того чтобы мы вдруг пересеклись на приеме. Игорь просто обязан меня понять.
— Паузу? — Ольховский выглядит искренне удивленным и даже отчасти оскорбленным. — Зачем нам пауза? Мы прекрасная пара, тем более, сейчас разгар предвыборной гонки…
— Я не хочу сейчас светиться на публике, перед началом учебного года столько дел, я просто не успеваю…
— Ангелина. Это исключено. Ты моя невеста и обязана, напоминаю, обязана сопровождать меня на всех мероприятиях.
