В пределах описания 250-380 символов я выделил бы ключевые моменты: внезапное нападение молодого человека на девушку в её собственном доме, его суровый и пристальный вопрос и ее реакция — паника. Этот кусок текста передает сильную атмосферу напряженности и необычного поворота событий, предвкушая драматическую ситуацию в книге "Не кровный брат"....
Но я будто бы просто сдох внутри после всего трёх слов: ДА, ДАВАЙ ЗАКОНЧИМ. Как таракана тапком прибила и всё. Нет Кирилла. Так, тело какое-то без души.
После её таких холодных слов я решил расстаться с ней по-настоящему. Достала уже душу мне выкручивать и морозить. Я психанул.
Заблокировал везде, где только мог. Сунул в специальную программу номер, которая блокирует сразу во всех приложениях разом и у сотового оператора. В первую очередь, чтобы не дать заднюю самому, когда она передумает. Кирилл Ланской никогда не меняет решений.
Хватит.
Вытер слёзы и гордо вскинул голову. Поднялся на ноги и посмотрел на луну и звёзды на небе через стекло. Небо и самолёты теперь будут моей единственной любовью. И звёзды…
Я больше не буду бегать за ней, как пуделёк, вымаливая прощение и чтобы она мне дала с руки сахарок в виде ласкового слова или поцелуя. Всегда я первый подходил и мирился, добивался, а Лиза вечно от меня нос свой красивый воротила.
Маленькая глупая Гуффи. Какой же ты ещё ребёнок… Как же ты меня всего изранила! Ненавижу тебя. За всё, что ты сделала со мной, в кого превратила.
Ненавижу твои сладкие губы, прекрасные огромные голубые глаза и невозможно нежные руки.
Иди к чёрту, малявка! Я смогу и без тебя.
Буду умирать, любить и ненавидеть. Но больше никогда не подойду к тебе. Ты никогда не узнаешь, что я плакал из-за тебя, как пацан, в этой чёртовой душевой моей любимой Лётки, которая теперь кажется мне тюрьмой.
Это пройдёт.
Всё у меня будет хорошо…
Полетели.
Дверь душевой громко захлопнулась за мной, оставляя слабость и слёзы там, на кафеле.
59
Павел.
— Позвоним сейчас Кириллу. Что он натворил, не понимаю? Сам боролся за неё, звал сколько раз с собой, тянул туда, а теперь бросил.
Набрал номер сына. Он не брал трубку. Тая тоже звонила, и так же безрезультатно.
— Вот гадёныш, сделал дело — и в кусты.
Кирилл перезвонил лишь спустя сутки.
— Привет, сын.
— Привет.
Голос потухший. Ему тоже плохо. Что происходит опять, чёрт его побери?
— Что у вас произошло?
— Какая разница, пап? Не лезь в это.
— Ты охренел, что ли, Кирюх? Лиза в шоке, а ты мне говоришь не лезь? Ты что наговорил девчонке?
— Папа, ничего не спрашивай. Не говори мне о ней. Позаботься о Лизе, пожалуйста. Не давайте ей звонить мне с ваших телефонов. Я не желаю её больше ни видеть, ни слышать.
