Автор
В громком объявлении Ростовцева поднимается смех и разговоры. Высокопоставленный чиновник вдруг пригласил вас на свою дачу – место, незаметно стирающее границы между служебной обязанностью и личной жизнью. Ваша новая роль в шумном конференц-зале сменяется тихой беседкой на даче, где реальность начинает медленно, но уверенно обрываться....
Похоже, «(Не) курортный роман (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот только пока не пойму, безответно или у меня все-таки есть хоть маленький шанс на взаимность…
Клянусь, я бы меньше удивилась в этот момент десятибальному землетрясению и нашествию инопланетян. В моих ушах встал серый шум, в глазах пелена из слез, а сердце… оно сжалось до немоты. Ответное – я люблю тебя – застряло где-то между мозгом и языком. Зато губы задрожали в черт его знает какой по счету за последние сутки молчаливой истерике. И все, что удалось продрать сквозь ком в горле, это хриплый смешок и самокритичное:
– Хороша принцесса.
Нагорный захохотал:
– Пошли в дом, принцесса. У твоего дракона на тебя сегодня большие планы.
Глава 29. Ужин
Стеф
Начался наш вечер с милого и романтичного ужина на той самой террасе, где по периметру сверкают огоньки гирлянд и играет приятная музыка. Слышится шелест накатывающих на скалы волн и стрекотание сверчков. А в ночном небе перемигиваются яркие звезды, что подглядывают за нами, краснея от стыда.
Мы много говорим. Будто пытаясь словами заполнить ту пустоту, что образовалась между нами за два последних года. Много смеемся и часто переглядываемся. Как глубоко втюрившаяся друг в друга парочка, едим вермишель с двух сторон, повторяя легендарную сцену из мультфильма “Леди и Бродяга”. А, уляпавшись до самого носа, хохочем. Но самое главное – очень, очень много целуемся и обнимаемся. Как подростки в пубертатный период. Я уже успела забыть, как это может быть приятно.
"Спустя два часа горячее остывает, а первая бутылка шампанского улетает. Сережа с эффектным хлопком откупоривает вторую. Улыбается, разливая по бокалам, предупреждает:
– Карамелька, перестань.
Игристое шипит и пенится в хрустальном бокале. У меня в теле “шипит и пенится” возбуждение, смешанное с немым восхищением. Я ставлю локти на стол, опираясь подбородком на ладони. Ну, разве он не идеален? Не стол! Сережа. Улыбаюсь:
– Что перестать?
– Ты снова это делаешь.
– Что я делаю? – хлопаю ресницами, включая свою любимую функцию “дурочки”.
Нет, я не “просто сижу”. Я обхватываю губами хрустальную стенку бокала, потягиваю маленькими глотками игристое и бессовестно разглядываю своего спутника. Снова. Изучаю каждую впадинку и морщинку, лучащуюся в уголках глаз, когда он улыбается. А эти ямочки на щеках? Да половина населения Земли душу дьяволу продадут за такие ямочки! Хочу поцеловать. Каждую из них…
Вздыхаю.
