Время меняет все: от моды до экономики. Диким капитализмом охвачена страна, где барахольный товар перекрывает дефицитные ресурсы. Везут джинсы в Россию из Европы и заокеанских заводов – и это несмотря на открытое пространство для международных сделок. Как человек может сохранить свою идентичность, когда мир вокруг рушится?...
Он согласился подыграть Чапику, и когда тот выстрелил ему в голову, замертво завалился набок. Пуля прошла мимо, но Сава сдох на самом деле – пока только морально, для своих пацанов.
А вслед за ним отказали тормоза и у Босого. Тьма над лесом сгущается, ветер усиливается, смерть где-то среди шумных деревьев бродит, слышно, как машет своей косой…
– Скажу! Все скажу!.. Новый офис у нас!
– Где?
– На Красной Пресне. Усыгин за главного, а Делавар у него, типа, начальник службы безопасности. Только он злится, если его Делаваром называют.
– А тебе это не нравится, да? Ты его Делаваром назвал, а он тебе пинка под зад, так?
– Нет. Просто у него сокращение штатов. Он сначала двоих домой отправил, потом троих. Там у него проблемы, их решать надо было, я Делавару нужен был. А когда все решили, он за кордон отдыхать уехал. Ну, я думаю, все, меня не тронут. А тут Сокол подходит; извини, говорит, Делавар звонил, надо в Полынск, там без меня, типа, никак.
– Обидно?
– Обидно… Делавар говорил, что бригаду расширит, когда в Москве работать придется. А у него сейчас одна забота – Усыгина охранять. Для этого много бойцов не нужно, поэтому он меня домой отправил. Он на охрану офиса людей со стороны взял, чтобы много не платить. Нам же приличные бабки платить надо, штуку баксов как минимум, а этим по две сотни на рыло, и они рады…
– Козел он, этот Делавар, – сказал Василь.
Но Босой не отозвался на эту уловку.
– Я смотрю, ты не хочешь соглашаться, – заметил Чапик. – И босса своего сдавать не хотел…
– Я же не иуда, – буркнул Босой.
– Да, но страшно стало, и очко лопнуло…
– Лопнуло.
– Бывает. Все мы не без греха. Но все равно, ты за своего Делавара горой. Потому что ты с понятиями пацан, да?
– Да чего уж там…
– Не, ты в натуре, не иуда. Просто страшно стало… Мне такие пацаны, как ты, нравятся. Мы тебя к себе можем взять, в свою бригаду. Если согласишься нам помогать…
– Не возьмете, – мотнул головой парень.
Он прекрасно понимал, что предал своих. Неважно, как он это сделал – с испуга, по принуждению или по собственной воле. Тут главное – факты, а они против него. Но врать – не мешки ворочать, поэтому Чапик продолжал гнуть свое.
– На основные роли не возьмем, это само собой. Но мы город один осваивать собираемся, в Подмосковье. В Москве трактора вовсю работают, а там поле непаханое. Ни рэкета, ни крыш.
