Время меняет все: от моды до экономики. Диким капитализмом охвачена страна, где барахольный товар перекрывает дефицитные ресурсы. Везут джинсы в Россию из Европы и заокеанских заводов – и это несмотря на открытое пространство для международных сделок. Как человек может сохранить свою идентичность, когда мир вокруг рушится?...
– Желток, окажи человеку помощь.
Алекс получил сильный удар по голове и затих. Пока он приходил в себя, Желток выдавил ему в вену содержимое шприца.
Спустя время Алекс открыл глаза и блаженно посмотрел на Семена."
"– Ничего себе приход! – с улыбкой счастливого дауна пробормотал он. – Что за вещь?
– Скополамин, – усмехнулся Желток.
– А-а… Слышал о таком…
– И слышал, – кивнул Пуп. – И применял… Скополамин в кофе можно подмешать. Это делает человека послушным. А может сделать даже сексуальным рабом. Улавливаешь мысль?
– Что-то не очень, – витая где-то в облаках, слегка скривил губы Алекс.
– Твой Бердяев Наташку на этом поймал. И совратил, – подсказал Пуп.
– Не знаю никакого Бердяева. Честное слово не знаю… Если бы знал, точно сказал… Зачем я буду врать?..
Колумбийский скополамин – уникальный наркотик. И очень сильный. С его помощью действительно можно было порабощать людей, делать их не просто овощами, а послушным оружием в своих руках. Заряженный таким наркотиком человек запросто мог ограбить свой собственный дом или даже убить близкого.
И язык у него развязался очень быстро.
– Если бы я хотел совратить Наташку, я бы сказал… – из глубины своего затуманенного сознания вещал Усыгин. – Но я ее не заказывал. И Бердяева не знаю… А он ее сексуальной рабыней сделал, да?.. Молодец… И я молодец. Мы с Ромой молодцы… Потому что без всяких наркотиков… Это вы меня укололи, а мы тонко сделали, – глядя куда-то в радужную пустоту, говорил, как бредил, Алекс.
Все это действительно смахивало на бред. Но Семен-то знал, что это правда. Омерзительные откровения обалдевшего от кайфа извращенца… Рука сама потянулась к пистолету.
* * *Волки надвигались со всех сторон, мутными бесформенными тенями, размытым, едва осязаемым рыком. Чапик отстреливался, пока не закончились патроны, но эти потусторонние твари все ближе. Спасения, казалось, не было, но ружье вдруг разразилось автоматной очередью.
