Время меняет все: от моды до экономики. Диким капитализмом охвачена страна, где барахольный товар перекрывает дефицитные ресурсы. Везут джинсы в Россию из Европы и заокеанских заводов – и это несмотря на открытое пространство для международных сделок. Как человек может сохранить свою идентичность, когда мир вокруг рушится?...
Он говорил, что бывших чекистов не бывает; может, это и так, но Алекс имел повод ему не верить. Потому что Жаров не так давно посмеивался над его страхами. Дескать, бандиты – они не страшные, и с ними можно справиться одной левой. Теперь он так не говорит. И обычную для своей профессии спесь утратил. Потому что переиграл его Сэм, этот обычный русский бандит.
– Разрешите, Алексей Григорьевич? – зычным командирским голосом спросил Жаров.
– Да заходи, чего уж там, – небрежно махнул рукой Алекс.
Он мог бы уволить Жарова за его промашку, но не стал этого делать.
– Что-то ты невесел, Вячеслав Павлович, – заметил Алекс.
– Да нет, нормально все. Настроение хорошее, – натянуто улыбнулся зам по вопросам безопасности. – Боевое, скажем так, настроение…
– Воевать собираешься?
– Да. И враг тебе очень хорошо известен… Он сегодня к Лапкину приходил.
– И? – затаил дыхание Алекс.
– Деньги просил подготовить. Сто пятьдесят тысяч долларов…
– Ненавижу! Как же я ненавижу этого гада! – сжав кулаки, сквозь зубы простонал Алекс.
– А разве Лапкин тебе не звонил?
– Нет.
– Ну да, я же сам к тебе поехал…
– Что делать будем?
– Одно из двух: или отдавать эти деньги, или нет.
– Нет!
– Тогда Сэм заберет их силой.
– А ты на что?
– А что я могу сделать? Он по документам проходит как совладелец. Ни один суд не признает его виновным в вымогательстве.
– Документы, документы… – Алекс нервно забарабанил пальцами по своей коленке.
– В том то и дело, что это детали, в которые Сэм вникать не станет. Я наводил о нем справки; он парень крутой, молодой, но ранний. Целую зону под себя смог поставить. Ты хоть представляешь, что это такое?
– А мне это нужно? Я зону держать не собираюсь.
"– А вот волнует. Потому что я за тебя, Алексей Григорьевич, в ответе. Я сам раньше думал, что Сэм – это несерьезно. А я в колонии был, где он срок мотал, с начальником разговаривал. Он парень, в общем-то, спокойный, но убивает при этом без всякого зазрения совести. Перешел ему дорогу – получи перо в бок…
– Если он так просто людей убивает, почему его выпустили?
– Ты как маленький, Алексей Григорьевич.
