Время меняет все: от моды до экономики. Диким капитализмом охвачена страна, где барахольный товар перекрывает дефицитные ресурсы. Везут джинсы в Россию из Европы и заокеанских заводов – и это несмотря на открытое пространство для международных сделок. Как человек может сохранить свою идентичность, когда мир вокруг рушится?...
Ты издеваешься! Я помню… Я хорошо помню, что ты со мной там сделал… Я тебя ненавижу! Я тебя презираю! А ты набираешься наглости приходить ко мне издеваться!
– Ну, то, что ты терпила по жизни, это правда, – чуть ли не ласково проговорил Сэм. – А на терпилах ездят, если ты не знал. Но я не издеваться пришел. Я пришел сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
– Все твои предложения – это сплошное издевательство.
– Это чисто деловое предложение. Вот скажи, тебя душит жаба, что ты банк мне свой подарил? Душит.
Усыгин скривился в ожидании подвоха. Ненавидел он Сэма, но ведь у них это взаимно. Потому и приходится ждать, что он подложит свинью.
– Я предлагаю тебе сотрудничество, Алекс. И беру на обслуживание твои счета. Вот видишь, как я хорошо все придумал. Ты заводишь счет в нашем банке, мы с ним работаем.
– Спасибо, не надо.
– Надо, Леша, надо. Деньги ты должен держать у меня. Все деньги, – с милой улыбкой, но с леденящим холодом в глазах смотрел на Усыгина бандит. – Твои активы будут прокручиваться через мой банк, и я буду за ними следить. Чтобы быть в курсе твоих финансовых дел. Чтобы снимать с тебя точно тридцать процентов от прибыли…
– Тридцать процентов?! – ужаснулся Усыгин.
– Да, за обслуживание твоих счетов. Все законно, и никакой генерал из органов не придерется… Пусть твои генералы остаются в темноте, а мы станем с тобой работать.
– Спасибо, как-нибудь сами, – сквозь зубы процедил Алекс.
– Ну, не надо так не надо. Но если вдруг что, я их пришлю к тебе в морг, пусть мерку снимут. Костюмчик тебе пошьют без карманов и рубашку без спины. И даже белые тапочки… Может, прямо сейчас мерку снять?
– Хватит!..
