Утро наступило безропотно, словно подтверждая надежды Лизы отказаться от планов. Макс, однако, лишь пожал плечами - жизнь знает себе череду несогласий. Альтернативой выглядели более плотные отношения с Жанной – хозяйкой квартиры в “однушке” – но Лизавета явно не та личность, которую Максим готов принять на длительное время....
В правом верхнем углу имелась радужно переливающаяся голограммка с изображением пирамиды с глазом — точь-в-точь как на обороте однодолларовой купюры. На обратной стороне карты во всю ширину была изображена такая же пирамида в круге.
- А это, местные тугрики. Скорее всего. - Максим поворошил кучку чего-то напоминающего игральные карты из очень тонкого, но прочного и упругого пластика. Напоминающего и формой, и размером. Одна сторона была у них полностью голографической, переливающейся блуждающими цифрами номинала, с другой стороны голограммы были маленькие и по углам, а номинал напечатан в центре банкноты.
После подсчета “тугриков” оказалось, что их семьсот шестьдесят пять. Больше ничего не обнаружилось. Не сговариваясь, парни вышли из блокпоста и устроили очередной перекур. Они еще не успели докурить сигарету, как Миха вскинулся:
- Слышал?
- Что? - Максим насторожился и поудобнее ухватил автомат.
- Движок где-то завели. Аж зазвенело, видать убитый в ж-пу. - Вынес диагноз потомственный автомеханик.
- Где-то? Блин! Расслабились! - Прорычал Максим и, схватив бинокль, высунулся из-за гребня холма.
Как раз вовремя, чтобы увидеть, как к большому дому подъехал, чуть ли не “Виллис”. По крайней мере, выглядела машина именно так, как и должен выглядеть ветеран Второй мировой. Водитель, почесывая причинное место, выбрался из-за руля и с еще одним негром забросил в “кузов” труп женщины, до сих пор лежавший на земле.
Максим с Михаилом переглянулись и, не сговариваясь, бросились внутрь блокпоста. А там… А там особо-то и спрятаться не где было."
"- Миха! Быстро сажаем этого урода обратно в кресло! - Воскликнул Максим.
Уронив “Тигр” на землю, Миха выпрыгнул из блокпоста. Максим прижался к левой стенке, рассчитывая, что бандиты сначала увидят ноги лежащего, потом сидящего в кресле и, только после этого, его, Максима.
