Начинается романтическая история о Соне, женатой на известном артисте. Женька и другие пытаются представить её предстоящую ночь в брачной постели с молодым актером Яром. Но в этой истории есть что-то такое особенное: любовь скрыта под маской спокойствия и улыбки, а каждый новый вздох приближает неизвестность будущего брака....
Бабуля украдкой приносит мне еду и просит не пороть горячку, когда я, жалуясь ей на отчима, говорю о том, что вовсе не хочу никуда переезжать и лечиться. Быть может, лучше прожить по прогнозированному сценарию Яра?"
"В понедельник утром его чёрный внедорожник вновь стоит у ворот. Я так волнуюсь, когда вижу Жарова сквозь затемнённое стекло… Ладони потеют, дыхание срывается.
Отчим стучит в комнату и просит поторопиться. Он едет с нами в реабилитационный центр. Хочет лично всё проконтролировать.
Мать тащит мои костыли из кладовки и просит не нагружать сильно ногу.
Подталкиваемая родственниками, я выхожу на улицу. Опустив глаза в пол, с помощью костылей дохожу до машины. Яр выходит мне навстречу, открывает дверь и, осторожно придерживая меня за локоть, помогает сесть на переднее сидение.
Сгорая от смущения и неловкости, потому что за нами наблюдают все, кому не лень, поднимаю на Жарова взгляд. Он, как обычно, спокойный и сдержанный.
— Яр… Если тебя заставили, то просто моргни, — прошу его шёпотом.
Карие глаза впиваются в мои. В них насмешка и… непоколебимость.
— Зачем, Яр? Просто ответь: зачем?
— Слишком много вопросов, — отвечает ровным голосом Жаров. — Существуют человеческие принципы и чувства. И у меня они есть.
— Влад понял бы тебя, если бы ты поступил иначе. Мой отчим сумасшедший! Не слушай его. Ведь взять себе в жёны калеку — это верх безрассудства!
— Считай, что у меня извращённые пристрастия, Соня.
Глава 7.
* * *В реабилитационный центр мы приезжаем спустя полтора часа. Это трёхэтажное здание с приветливым персоналом и новейшим оборудованием. В дороге я успела изучить отзывы пациентов, которые завершили здесь курс лечения. Они оценивают работу центра на отлично.
Пока Яр занимается организационными моментами, мы с отчимом сидим в холле и листаем журналы. Моё волнение достигает пика. Вдруг в этом центре шансов на восстановление дадут ещё меньше, чем там, где я обследовалась сразу же после травмы? Что, если всё напрасно, а я успела немного воспрянуть духом?
— Симпатично здесь, — произносит отчим, отложив журнал на край стеклянного столика.
— Да, неплохо.
— Ты это… не ерепенься только, Соня. Характер у тебя паршивый, озвученные слова ты зачастую не контролируешь. Скажи спасибо, что вообще замуж берут с такими-то характеристиками.
— Спасибо за совет, Роман Геннадьевич, — цежу сквозь зубы.
Он то ли смеется, то ли хрюкает.
