Начинается романтическая история о Соне, женатой на известном артисте. Женька и другие пытаются представить её предстоящую ночь в брачной постели с молодым актером Яром. Но в этой истории есть что-то такое особенное: любовь скрыта под маской спокойствия и улыбки, а каждый новый вздох приближает неизвестность будущего брака....
Он кивает и терпеливо дожидается, пока я надену футболку и свяжу волосы в хвост. Смущение присутствует, но оно не настолько острое, каким было вчера.
— Я готова, — сообщаю Яру, повернувшись к нему лицом.
Он встает с кресла и подходит к двери. Возле неё… стоят мои костыли!
Чёрт, чёрт, чёрт! И когда он успел их принести? Неужели Жаров хочет, чтобы я прыгала на них к ресторану?
— Не буду! Нет, даже не проси! — испуганно заявляю.
Яр делает глубокий вдох и потирает ладонью короткую щетину. Заметно злится.
— Я нашёл на тумбе упаковку обезболивающих таблеток. Сколько ты выпила их за вчерашний вечер, Соня?
Я теряюсь и инстинктивно отступаю назад.
— Не знаю. Одну или две.
— А может, четыре? — спрашивает Яр, склонив голову набок.
— Может, и четыре.
— Охренеть, Соня.
— Это ничего не значит! — мотаю головой. — Нога не болит! Я пойду на своих двоих.
Представляю, как присутствующие в зале заметят вчерашнюю невесту и начнут шептаться. Вчера я так отчаянно пыталась не выглядеть калекой, а сегодня же… сегодня Яр пытается всё испортить!
— Бери костыли и спускайся вниз, — грубо отрезает Жаров.
Он с силой хлопает дверью, и в этот момент меня прорывает. Слёзы быстрыми дорожками катятся по щекам и оставляют мокрые пятна на белой футболке.
Глава 13.
* * *— О! А вот и молодожёны! — восклицает мама, едва завидев нас с Яром в ресторане. — Доброе утро!
Я кривлю лицо и медленно передвигаюсь с помощью костылей, не ступая на больную ногу.
Прежде чем выйти из номера, я успела поплакать, позлиться, а затем собраться с духом и всё же спуститься вниз. Яр всё это время терпеливо ждал меня в фойе и ни словом не упрекнул, когда увидел, что я его послушалась. Мне даже показалось, что в карих глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.
Получается, взамен на его помощь от меня нужна всего лишь покорность.
— Доброе утро, — киваю в ответ и сажусь на стул, который заботливо отодвигает для меня Ярослав.
Он забирает у меня костыли и отставляет их в сторону. Взгляды присутствующих наконец возвращаются к завтраку.
— Что тебе заказать? — спрашивает Жаров.
— На твой выбор.
— Хорошо. Я поищу кого-то из персонала.
