То ли выпито было многовато, то ли задели Булатникова пренебрежительные слова о его ближайшем помощнике, но он поведал, что молодой женщине были предъявлены фотографии, на которых дама с упоением занималась любовью с совершенно посторонним мужчиной. В смысле, не с Соломатиным. И фотографии эти сильно подрывали выдвигаемый ею тезис о неземной любви, всепоглощающей страсти и полной невозможности жить без своего единственного мужчины Вячеслава Егоровича. Таким образом, навязчивая особа была лишена основного своего козыря: возможности давления на совесть Соломатина и его лучшие чувства.
– Вот сучка! – в сердцах воскликнул Вячеслав Егорович. – А я-то поверил, что она действительно любит только меня, купился на это, как дурак, жалел ее, думал, что жизнь ей испортил.
– Ну-ну, – попытался остудить его гнев Булатников. – Не надо так. Дело сделано, и это главное. Не ругай ее.
Соломатин тогда больше ничего не спросил, но, будучи человеком весьма неглупым и сметливым, догадался, что женщина все-таки была ему верна, а фотографии – какой-то хитрый фокус, который проделал худой некрасивый помощник Булатникова по имени Павел.
С годами дружба между соседями крепла, Булатников делался все менее сдержанным, особенно под влиянием выпитого, и Соломатин сумел уяснить, что Павел Сауляк может очень многое и по поручениям Булатникова проворачивает просто фантастические дела. Правда, какого именно характера были эти поручения, Булатников все-таки не рассказывал, язык за зубами держал, но Павла очень нахваливал.
Когда генерал-лейтенант погиб, первым, о ком подумал Соломатин, был именно Павел. Такой помощник был ему самому позарез нужен. Вячеслав Егорович воспользовался связями и отыскал координаты Сауляка, однако еще до того, как подъехал к нему со своим предложением, Павла арестовали за особо злостное хулиганство, а вскорости и посадили. Но Соломатин был терпелив. Он умел ждать и твердо верил в свою звезду.
* * *Антон Андреевич Минаев жирной чертой зачеркнул последнюю, самую верхнюю фамилию в своем списке. Некоторое время задумчиво смотрел на листок бумаги, который лежал перед ним на столе, потом решительно разорвал его на мелкие клочки и сжег в пепельнице. Первая часть операции «Стелла» была завершена. Плохо только, что Павел куда-то исчез…
Часть III
Не мешайте палачу
Глава 10
Уральские холода не прошли для Насти Каменской безнаказанно. В Москве у нее сразу разболелось горло и заложило нос, но это вовсе не означало, что она будет лежать дома и не ходить на службу. Текущей работы было по-прежнему много, и отсиживание дома на больничном было непозволительной роскошью не только для нее, но и для любого сотрудника отдела по борьбе с тяжкими насильственными преступлениями.