А что, не надо было?
– Надо, надо, – как-то рассеянно покивал лысой головой Виктор Алексеевич, словно вопрос о работе Каменской в составе министерской бригады интересовал его меньше всего на свете.
Судя по первоначальным данным, убитый в Крылатском мужчина оказался Константином Федоровичем Ревенко, не работающим, холостым. По отзывам соседей, Ревенко был человеком тихим, спокойным, шумных компаний в его квартире не бывало. Судя по обстановке в квартире, человек он вполне состоятельный, но без шика, свойственного «нуворишам». Дорогие и тщательно ухоженные ружья говорили о его любви к охоте, как, впрочем, и две собаки охотничьей породы. Женских вещей в квартире не было, из чего можно было сделать вывод, что дамы если и появлялись там, то не задерживались. Ревенко действительно незадолго до гибели уезжал из Москвы на три дня, потому что оставлял соседу ключ и просил присмотреть за собаками.
– Ничего не понимаю, – удрученно сказала Настя. – Что может быть общего у этого Ревенко с шустрым Асатуряном? Кто он хотя бы по профессии?"
"– Размечталась, – Коротков шутливо развел в ответ руками. – Скажи спасибо, хоть имя и адрес есть. А подробности – дня через два, не раньше. Но знаешь, мать, ты была права. С этим Ревенко что-то не так. Ребята, которые вскрывали его квартиру, обнаружили весьма скудный набор документов. Квитанционные книжки для оплаты квартиры, электроэнергии и телефона и две сберкнижки – рублевый депозит и валютный счет. И больше ничего. Ну, допустим, паспорт у него был с собой и преступник заботливо его украл. Но все остальное-то! Ни диплома об образовании, ни трудовой книжки, ни свидетельства о рождении – ничего. Или он все это где-то прятал, или все это украли.
– Или этого не было вообще.
– Как это?
– Вот так. Не было – и все. Юрка, не нравится мне эта история. Надо как можно быстрее раскапывать биографию Ревенко. Чует мое сердце, увязнем мы в этом трупе на долгие недели.
Перед уходом Настя зашла в дежурную часть за сводками. Сегодня с утра она не успела их посмотреть и собиралась сделать это дома. Алексей уехал в Жуковский к родителям, старики затеяли ремонт, и нужно было помочь им двигать мебель из комнаты в комнату, освобождая место для рабочих. Сидя в вагоне метро, она предвкушала тихий одинокий вечер и уже мечтала, как выпьет кофе с парой бутербродов и усядется за компьютер обрабатывать сводки. В вагоне было совсем свободно, места рядом с ней были пустыми, и Настя не смогла удержаться от соблазна. Во всем, что касалось работы, она была по-детски любопытна и нетерпелива. Воровато оглянувшись по сторонам, словно собиралась сделать что-то неприличное, она достала из сумки сколотые скрепкой листы с отпечатанным текстом.