Автор
В непроглядном мраке шифровальной камеры скрываются тайны, которые даже сам знахарь не решится раскрыть. Высокий военный в генеральской форме мерно ходит по комнате, а его соперник из кресла выглядит расслабленным и уверенным — но внутри он взмывает от напряжения и страха....
И если я молчу и не говорю тебе ничего, то это не означает, что я ничего не замечаю и ничего не чувствую. Я прекрасно видел, что за два месяца до нашей свадьбы с тобой что-то произошло. И точно так же я видел, что примерно через месяц это прошло бесследно. Но что я пережил за этот месяц, ты и не догадываешься. Поэтому я прошу тебя, пожалуйста, не заставляй меня переживать все это вновь, особенно если для этого нет никаких оснований. Я верю, что тот человек, о котором идет речь, не является твоим любовником.
– Хорошо, не буду, – покорно сказала Настя, понимая, что муж прав. И возразить тут нечего.
* * *На следующее утро, едва Настя переступила порог своего кабинета, ее вызвал Гордеев.
– У меня для тебя четыре новости, – сказал Виктор Алексеевич. – Одна плохая, одна очень плохая, но с оттенком приятности, одна нейтральная, а четвертая – просто отличная. Выбирай, в каком порядке блюда подавать.
– Давайте сначала очень плохую, – вздохнула Настя. – Пока с утра силы есть, постараюсь выдержать ее с мужеством и достоинством.
– Звонил Семеныч с утра пораньше. Палач опять отметился.
– Черт! – вырвалось у Насти. – Не успели подстроиться. Где на этот раз?
– А там, где ты и предсказывала. В этом, собственно, и состоит оттенок приятности. Семеныч сказал, что ты наметила еще четыре области, где, по твоим предположениям, должен действовать палач. Так что после обеда он тебя ждет, покажет тебе новые данные.
– Понятно. Теперь давайте плохую новость без приятности.
