Автор
В непроглядном мраке шифровальной камеры скрываются тайны, которые даже сам знахарь не решится раскрыть. Высокий военный в генеральской форме мерно ходит по комнате, а его соперник из кресла выглядит расслабленным и уверенным — но внутри он взмывает от напряжения и страха....
– Попробуйте, – улыбнулась Настя.
– Если вы когда-нибудь захотите уйти от Гордеева, подумайте в первую очередь обо мне. Договорились? Это не означает, что вы обещаете непременно уйти в мой главк. Но я хочу, чтобы о работе у меня вы подумали в первую очередь, а потом уже рассматривали все другие предложения.
– Вы так говорите, словно уверены, что претенденты на мою особу в очередь выстроятся. Что-то мне, кроме Коновалова, никто и не предлагал сменить работу.
– Это потому, что все знают Гордеева и понимают: сманивать у него кадры – дело пустое и безнадежное.
Да, эти же самые слова она слышала и от Коновалова. Точь-в-точь те же самые слова.
– Зачем я вам, Иван Алексеевич? Ваша организованная преступность слишком тесно связана с экономикой, а я в ней ничего не понимаю. Я вам уже рассказывала как-то, что меня тошнит от всех этих экономических премудростей.
– Хотите, я вам докажу, что вы не правы? В течение десяти минут.
– Ну да, вы опять начнете меня уговаривать, что можно открыть пять умных книжек и освоить все азы, а потом в течение года вникнуть в тонкости.
– Идет. Я вас слушаю. Я люблю апельсиновый сок.
– Я тоже. И уверен, что вам придется мне его купить. Так вот, Анастасия. В нашем главке идет оперативная разработка крупной организованной группы, делающей деньги на контрабанде наркотиков, оружия и живого товара.
– Конечно, – кивнула Настя.
– У этой группы есть перевалочные базы в ряде областей. И областей этих – семь. Назвать?
Настя резко остановилась и повернулась к Заточному.
– Вы серьезно?
– Абсолютно. Так что, называть регионы или не надо?
– Не надо, я вам верю на слово. Выходит, я влезла в вашу епархию?
– Ну, у вас там свой интерес, серии трупов.
– Но Коновалов-то! – с досадой воскликнула она. – Он что, тоже не знал? Мы влезли на территорию, в которой вы ведете оперативную работу, путаемся у вас под ногами, мешаем. Мы вам что-нибудь сорвали?
– Пока не успели, – улыбнулся Заточный. – А Семеныча не вините, у нас испокон веку правая рука не знает, что делает левая. Мы же не кричим на всех углах, что работаем по этим регионам.
