Автор
В непроглядном мраке шифровальной камеры скрываются тайны, которые даже сам знахарь не решится раскрыть. Высокий военный в генеральской форме мерно ходит по комнате, а его соперник из кресла выглядит расслабленным и уверенным — но внутри он взмывает от напряжения и страха....
Потому что в добытых им материалах из потайного сейфа Булатникова были только сведения о том, что и как делали ваши люди. Но там не было ни их имен, ни адресов. А они были Минаеву нужны, чтобы взять этих людей под свой контроль. И без вас он ничего сделать не мог. Поэтому и приложил столько усилий к тому, чтобы доставить вас в Москву живым и невредимым. Ну как, похоже?
– Похоже на бредовую сказку, – сказал Павел.
Но он уже знал, что его реплики ровно никакого значения не имеют. Она знает все. И знает даже больше, чем он.
– Пойдем дальше, – невозмутимо произнесла Анастасия. – Минаев стал уговаривать вас отомстить убийцам своего друга и наставника. Могу представить себе, какие слова он вам при этом говорил. Моим начальникам он говорил то же самое. Что он офицер и мужчина, что он не может оставить безнаказанной смерть своего руководителя, под началом которого прошла вся его служебная карьера. Только моим начальникам он говорил, что хочет попытаться узнать с вашей помощью, кто убил Булатникова.
– Бред, – твердо повторил Павел.
В ушах все еще звенело, давало о себе знать подскочившее давление. Он сидел в своей привычной позе, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди.
– Бред? – насмешливо переспросила она, кладя перед ним листок бумаги. – А вы взгляните.
Павел протянул руку и взял листок. На нем было шесть фамилий. Мальков. Семенов. Изотов. Лученков. Мхитаров. Юрцев. Шесть фамилий. Не было только имени Евгения Шабанова, имиджмейкера Президента."
"– Здесь только шестеро. Но был и седьмой. Я почти на сто процентов уверена, что седьмым был Евгений Шабанов, но очень рассчитываю на то, что вы мне это подтвердите. А теперь взгляните сюда.
Она почти швырнула перед ним какие-то фотографии. Павел посмотрел и похолодел от ужаса. Рита. Гарик Асатурян. Карл. Мертвые. Все мертвые. Этот подонок выследил их и убил. Только Мишу Ларкина оставил в живых. Миша – самый сильный и самый беспринципный. Минаеву и его одного достаточно. Боже мой, неужели то, что она рассказывает, – правда?
Внезапно он ощутил огромную усталость и безразличие. Она все знает. Она играет с ним, как кошка с полудохлой мышью.
