Автор
В непроглядном мраке шифровальной камеры скрываются тайны, которые даже сам знахарь не решится раскрыть. Высокий военный в генеральской форме мерно ходит по комнате, а его соперник из кресла выглядит расслабленным и уверенным — но внутри он взмывает от напряжения и страха....
Вы хотите поквитаться с убийцами Булатникова? Я готов оказать вам посильное содействие. Еще раз подчеркиваю: я не собираюсь мстить за жизнь Владимира Васильевича, я хочу лишь расплатиться с вами за ту помощь, которую вы мне уже оказали и окажете в будущем. Мы договорились?
Минаев с трудом сдержал вздох облегчения. Ну наконец-то! Он уже начал опасаться, что не сможет найти с этим человеком общего языка.
– Разумеется, Павел Дмитриевич. Мы договорились. И я очень рад этому обстоятельству. В конце концов, я готов признать, что был не прав, когда пытался заставить вас разделить мои убеждения.
Павел молча встал, и по его замкнутому холодному лицу Антон Андреевич понял, что Сауляк не собирается ему отвечать. Для него разговор был окончен.
* * *Для генерала Минаева было очевидным, что гибель Владимира Васильевича Булатникова – дело рук тех деятелей, в интересах которых он осуществил свою самую грязную и кровавую комбинацию.
Павел попросил у Минаева три дня на то, чтобы восстановиться.
– Мне нужно купировать обострение холецистита, – объяснил Сауляк, – иначе меня может прихватить приступ в самый неподходящий момент. Кроме того, мне нужно выспаться и немного набраться сил.
Антон Андреевич был готов на все, он с радостью выполнял все условия Павла, только бы тот не сорвался с крючка. Но Павел, похоже, не был склонен к колебаниям после того, как принимал решение.
Через три дня Сауляк сказал:
– Я готов начать работать.
