Автор
В непроглядном мраке шифровальной камеры скрываются тайны, которые даже сам знахарь не решится раскрыть. Высокий военный в генеральской форме мерно ходит по комнате, а его соперник из кресла выглядит расслабленным и уверенным — но внутри он взмывает от напряжения и страха....
* * *Перед квартирой, в которой жил Михаил, стояла очередь. Самая настоящая, хотя и маленькая – всего четыре человека. Павел сразу сообразил что к чему и мысленно выругался. Все-таки сорвался Миша, не смог совладать со скукой и привычкой к хорошим деньгам. Занялся частной практикой, ублюдок.
– Кто последний? – спросил Сауляк, окидывая взглядом четырех женщин.
Все они были разного возраста, но почему-то с одинаковым выражением на лицах.
– А вам на сколько назначено? – спросила самая старшая из них.
– На пятнадцать тридцать, – с ходу соврал Павел.
– Не может быть, – уверенно заявила старшая. – На пятнадцать тридцать я записана. Я еще две недели назад записалась.
– Значит, я пойду после вас, – миролюбиво предложил Павел.
– Нет, после нее я иду, – включилась в разговор другая женщина, помоложе. – Мне назначено на шестнадцать.
– Девушки, какие проблемы? Сначала все вы, потом – я.
Дамы неодобрительно поглядели на него, но ничего не сказали.
– Честно сказать, я не записывался, – признался он.
Дама, которой было назначено на четыре часа, сочувственно поглядела на него.
– Видно, беда у вас серьезная, – сказала она. – Вон вы какой измученный. Да вы не бойтесь, после вас уже никто не придет, Михаил Давидович принимает только до пяти, а позже, чем на шестнадцать часов, никого не записывает.
Павел ничего не ответил, спустился на один пролет и присел на подоконник. Значит, Миша принимает по одному клиенту в полчаса. Халтурщик несчастный. Разве можно за тридцать минут дать хороший гипноз и убедить человека, что у него все будет в порядке? Для этого нужно работать не меньше двух часов. Впрочем, может быть, он и не с гипнозом работает, Миша – универсал, уникальное явление природы. Жаден только не в меру. Погубит его это когда-нибудь.
Он терпеливо ждал, отмечая, что Михаил работает, может, и халтурно, но четко: каждые полчаса одна женщина выходила из квартиры, другая заходила туда.
– Михаил Давидович! – громко позвал он. – Можно к вам без записи?
– Проходите, – послышался из глубины квартиры знакомый голос.
