Автор
Начинаешь звонить в шоке от того, что он уехал без тебя, но твой телефон подчеркивает его холодность и важность дел. Ты ждёшь его с тревогой и неуверенностью, чувствуя непередаваемую ответственность за то, что он остался без тебя.
Может, у него истерика? Может, потерялся? Может, эта тетка его голодом морит? Да что угодно может быть! Что, мать вашу, угодно! А я не могу помочь.
Всех знакомых на ноги поднял — бесполезно. В полицию звонил — мне у виска покрутили, дескать, мужик с ума не сходи, ребенка же мать родная забрала. А то, что там такая мать, что оторви и выброси, им плевать."
"Уже не зная куда деваться я позвонил тестю. И, как назло, он где-то за границей, у партнеров и даже слушать меня не стал! Сказал, прилетит завтра — поговорим, и отключился.
* * *Утром мне звонит Женя, а я не в состоянии с ней говорить. Не могу вываливать на нее свои проблемы.
— Прости, — откладываю телефон в сторону.
Я перезвоню ей позже. Покаюсь, все объясню, но сейчас мне надо сконцентрироваться на предстоящем разговоре с Геннадием Александровичем. Он мужик сволочной, тяжёлый, но внука любит по-настоящему. Надеюсь, здравый смысл победит, и он меня услышит. Гарантий никаких нет, уверенности тоже, но я уже готов бросаться на стены от безысходности.
Он встречает меня, как обычно, в своем кабинете. Сидит за большим столом из красного дерева, небрежно поигрывает дорогой ручкой и смотрит на меня исподлобья. Король хренов, лучше бы воспитанием дочурки ненаглядной занялся, а то выросло тупоголовое чудовище.
— Здравствуйте, Геннадий Александрович.
— Здравствуй, Денис. Чем обязан визиту? — улыбается.
Просто сама вежливость, но я-то знаю, что скрывается за этим фасадом. Помню, как он с такой же улыбкой рассуждал о том, что если не женюсь на его дочери, то Жене конец.
Семейка уродов.
— По делу, — присаживаюсь напротив него.
Я этой ночью глаз не сомкнул, и у меня совсем не осталось сил, чтобы играть в дурацкие игры, крутить хвостом и преданно заглядывать в глаза.
— Все в порядке?
— Нет. Все хреново.
— Даже так? — садится ровнее, облокачиваясь на стол. — Ну давай рассказывай, что у вас там стряслось.
Сразу орать, что его дочь конченая сука, нет смысла, поэтому начинаю с предыстории:
— Мы с Татьяной разводимся.
— О как, — поднимает темные густые брови. Видно, что для него это сюрприз, — и по какой причине?
— По такой, что мы абсолютно чужие люди.
— Пять лет живете вместе.
— Не вместе. Просто рядом. Это большая разница. Сразу говорю, что на развод подала она.
— Довел? — хмурится тесть.
— Даже не думал.
— Но и усилий не прикладывал для налаживания отношений?
Сейчас не время для вранья, поэтому говорю, как есть:
— Об этом тем более не думал.
