Автор
Начинаешь звонить в шоке от того, что он уехал без тебя, но твой телефон подчеркивает его холодность и важность дел. Ты ждёшь его с тревогой и неуверенностью, чувствуя непередаваемую ответственность за то, что он остался без тебя.
Скотина! Озабоченная грязная скотина! Пусть подавится своими прогулами!
Двери закрываются… но лифт никуда не едет. Вместо этого свет сначала моргает, а потом и вовсе переключается в аварийный режим. В полумраке раздаётся тихий, противный писк.
Проклятье.
Судорожно нажимаю на кнопку первого этажа. Бесполезно. Тогда начинаю жать все остальные — тоже эффекта ноль. Лифт по-прежнему стоит и не подает признаков жизни.
Снаружи отчетливо слышен мужской смех:
— Женечка, если бы вы чаше бывали на работе, то знали бы, что этот лифт неисправен, — услужливо произносит он, приблизившись к створкам, — застревает.
Да что за день такой?!
— Мой тебе совет, вызывай ремонтную службу… и готовься к приятной ночи. Их, бедных, уже так задергали с этим лифтом, что они не торопятся приезжать и вызволять из беды очередную курицу, не читающую объявления.
— Не было никакого объявления!
— Ну как же? Вот оно, — проталкивает внутрь ламинированный лист бумаги, с которого кричит надпись «Лифтом не пользоваться»!
Су-ука.
Это подло и как-то по-идиотски. Будто мы школьники, а не взрослые люди.
Седова, похоже, такой расклад не смущает. Слышу, как он нажимает кнопку вызова. Слышу, как приезжает второй лифт, приветливо распахивает двери.
— Хорошей ночи, Женечка! — самодовольно произносит Седов и уходит, оставив меня наедине с проблемой.
Я заперта в лифте, который ни на что не реагирует.
— Проклятье, — жму на колокольчик, чтобы связаться с диспетчером.
— Слушаю!
— Девушка.
— Ждите. Мастер на вызове.
— Сколько ждать? Мне за ребенком надо!
Меня уже никто не слушает.
Черт! Черт! Черт! Да что ж я за лохушка такая невезучая?! Ничего у меня нормально не получается! Только через жопу.
Я понимаю, что даже если случится чудо, и мастер прилетит через пятнадцать минут, мне уже не успеть за Маринкой в сад. Ольга Алексеевна снова будет сердиться за то, что я ее подвожу.
Путаясь с кнопками, набираю Лану, она отвечает не сразу и, судя по голосу, подруга вся в мыле:
— Да, Жень? — выдыхает явно на ходу.
Черт.
— Прости, я забыла, что у тебя сегодня сложный день, — от волнения у меня подгибаются ноги.
Я приваливаюсь спиной к холодной металлической поверхности лифта и едва дышу.
— Чего ты хотела?
— Ничего, Лан. Просто поболтать.
Ей сейчас не до моих проблем однозначно.
