Автор
В этой истории жестоких желаний и тщетных надежд на спасение, женщина наблюдает за своим мужем из окна, словно предчувствует нечто пугающее и ужасное. Женский взгляд в зеркало судьбы, где каждый миг может стать решающим — прежде чем она взойдет на другой конец лестницы, готовая к бегству или решению сесть за стол....
Она снова неправильно меня понимает, тут же приободряется, начинает частить:
— А и хорошо, пусть она сама его растит. Мы с тобой сделаем нового. Знаешь, я ходила к врачу и, должна сказать, что у меня резкие улучшения. Я рожу тебе ребенка самостоятельно. Это будет наш с тобой сын… Ну? Что скажешь?
Недоуменно хмыкаю.
— Ответь честно, Анжела, у тебя вообще были эти проблемы по женской части, или ты их выдумала, чтобы не рожать мне? — резко спрашиваю."
"По ее выражению лица понимаю — я неожиданно попал в точку. И как мне это раньше в голову не пришло? Подумать страшно, сколько выложил за ненужное лечение.
— Глеб… — Анжела картинно складывает руки на коленях. — Я ведь, несмотря ни на что, все это время хранила тебе верность… Я… Если хочешь знать, я даже забросила живопись, так как без тебя нет никакого вдохновения! Ты мой единственный!
В этот момент обращаю внимание на то, что внутренняя сторона ворота ее пиджака испачкана чем-то бежевым. Как будто она намазала шею тональным кремом и он немного стерся о белую ткань.
Тяну к ней руку, слегка отодвигаю ворот пиджака и замечаю на белой шее плохо замаскированный засос.
— Говоришь, хранила верность? — Мне становится смешно.
И тут Анжелу несет.
Она резко вскакивает, начинает кричать, активно жестикулируя:
— А что я должна была делать? Ты меня бросил без гроша на улицу! Конечно, я искала утешения…
— Вообще-то, я купил тебе квартиру, — хмыкаю в ответ. — Но ты права, я не имею права высказывать тебе претензии за неверность.
— Нет, нет, нет. — Анжела вдруг начинает качать головой, а потом выставляет вперед указательный палец. — Ты не провернешь со мной это снова! Ты не вышвырнешь меня из дома как безродную собаку. Ясно тебе? Зачем приглашал, если не собирался со мной сходиться? Теперь ты мне должен деньги за билет! Новый костюм, маникюр… все это стоит приличную сумму!
— Не наглей, а? — говорю с прищуром.
Она чуть не подпрыгивает на каблуках, сжимает кулаки, некоторое время просто пищит на ультразвуке:
— А-а-а… — а потом вдруг выдает: — А ну и пошел ты! И знаешь, что? Это не ты меня кидаешь. Я сама от тебя ухожу, понял?
С этими словами она достает из сумочки ключи, швыряет их на диван, а потом лезет за телефоном, набирает чей-то номер и меняет тон на приторно сладкий:
— Анзорчик? Я уже освободилась.
