Автор
В этой истории жестоких желаний и тщетных надежд на спасение, женщина наблюдает за своим мужем из окна, словно предчувствует нечто пугающее и ужасное. Женский взгляд в зеркало судьбы, где каждый миг может стать решающим — прежде чем она взойдет на другой конец лестницы, готовая к бегству или решению сесть за стол....
У начальника глаза увеличиваются в размере.
— Ты еще спорить со мной будешь?
— Вы ко мне приставали, схватили меня за попу, поэтому я уронила торт!
— Я не понял, у тебя глюки, что ли? Да тебя на наркотики надо проверить, ты же обдолбанная…
— Сам ты обдолбанный! — вдруг слышу чей-то голос.
Громкий такой, жутко похожий на мой. Но я же не могла такое сказать начальнику, нет? Однако в хранилище никого, кроме него и меня, нет, так что выходит — мои слова.
— Вон висит камера! — пыхчу, указывая в верхний угол комнаты.
— Ничего ты не докажешь! — вопит он. — Камера со вчерашнего дня не работает, так что…
Мой лоб покрывается испариной. Вот так да! Только теперь до меня доходит, почему он подловил меня именно здесь.
— А у меня нежная кожа, — нагло заявляю, — наверняка после твоей лапищи остался синяк! Так что доказательства все равно есть… Прямо сейчас пойду к хозяйке кафе и пожалуюсь.
Вижу, как багровеет лицо администратора. Он открывает рот, чтобы на меня заорать и… закрывает его! Замечаю, как пытается с собой справиться.
— Это будет твое слово против моего, — говорит он почти нормальным голосом. — Давай замнем, я сам закажу новый торт и…
А мне впервые в жизни не хочется ничего заминать. Не счесть, сколько раз я вот так просто проглатывала обиды. Он хоть бы для галочки извинился. Но нет! Не считает он нужным извиняться. Как же, кто я такая, чтобы передо мной извиняться…
Но если я позволю этому козлу вытереть об в себя ноги, так навечно и останусь никем — четко это понимаю.
Закрываю глаза, вспоминаю сегодняшний сон: лицо Антона, его руки, которые тянутся ко мне. Меня передергивает. Я больше не позволю ни ему, ни этому наглому хмырю, ни кому-то другому безнаказанно надо мной издеваться.
Мне очень страшно, хочется удрать куда подальше, но вместо этого я прищуриваю глаза и спрашиваю:
— Замнем, значит? А потом что? Ввернемся назад в прошлое, где ты не успел схватить меня за задницу, а потом обозвать по-всякому?
— Эм… — тянет он. — Ты успокойся.
— Я не буду с тобой ни о чем договариваться…
На этом срываюсь с места и бегу прямиком в кабинет владелицы кафе.
* Dйlicieux — вкусно (перевод с французского).
Глава 8. По кусочкам
Мира
Следующим утром сижу на кухне, пью чай без сахара и пытаюсь собрать себя по кусочкам.
Это ж какой-то пипец, товарищи!
Меня вчера облапали, оскорбили, так я еще и виновата осталась. Первый раз решилась отстоять себя и сразу вляпалась по самые огурцы.
