Автор
Баграт очень удивился, когда Милана обвинила его в том, что он – отец ее ребенка. Причем имела наглость обвинить на свадьбе у его же брата. Врет, паршивка! Во-первых, он умеет предохраняться. Во-вторых и главных, он с ней не спал! Или… спал?
Он важно восседал в черном кожаном кресле за большим столом из красного дерева.
Впрочем, как только она вошла, тут же поднялся, махнул рукой в сторону черного дивана, что стоял возле окна.
– Проходи, пожалуйста, присаживайся, – он широко ей улыбнулся.
Милана прошла, осторожно устроилась на предложенное место.
Баграт сел рядом, с горящим взглядом попросил:
– Покажи мне его.
Милана осторожно достала сына из теплого комбинезона, сняла шапку. И тут Пашка окончательно проснулся. Она испугалась, что сейчас сын завоет сиреной, как он это обычно делал.
Но нет, пронесло.
Милана осторожно поставила малыша на диван и, придерживая по бокам повернула к отцу.
– Вот они мы какие, – сказала нежным голосом.
Павел с большим интересом смотрел на отца, склонившего к нему голову. А потом и вовсе улыбнулся, потянул ладонь к его гладко выбритому лицу.
– Может, он меня узнал? – сделал совершенно нелепое предположение Баграт и легко коснулся щеки малыша пальцами. – Мы же виделись на свадьбе.
– Вряд ли, – усмехнулась Милана.
Думала, Баграт возьмет ребенка на руки, но он этого не сделал, лишь с интересом рассматривал малыша.
– Сколько ты говоришь ему?
– Восемь месяцев, – ответила Милана.
Ожидала каких–то комментариев из разряда: какой красивый ребенок или какая задорная у него улыбка.
Однако Баграт вдруг нахмурился и проговорил с сомнением:
– Что–то он для восьмимесячного маловат.
Милана посмотрела на Баграта вопросительно, но он никак не прокомментировал свое высказывание.
– У него рост семьдесят два сантиметра, и весит девять килограммов, для мальчика его возраста это норма, – пояснила она.
– Для других–то понятно, – развел руками Баграт, – но он же мой сын.
«Кажется, у кого–то включился режим “Я же бать”» – подметила она про себя.
И тут ей прилетел следующий гениальный вопрос:
– Ты хорошо его кормишь?
При этом Баграт с подозрением на нее посмотрел.
Милана поперхнулась таким его вопросом. Тщательно сглотнула желание съязвить на тему того, сколько и за чей счет она его кормит.
«Ты пришла сюда не ругаться, а наладить общение!» – повторила она про себя.
Вслух ответила мирно, даже с улыбкой, хоть и натянутой:
– Да, у него хороший аппетит, с полугода перешел на прикорм, кашки лопает, овощи, фрукты. Но в основном молоко, конечно.
И нарвалась на недоуменный взгляд Баграта.
– Что–то какая–то несерьезная еда, – припечатал он ее своим выводом.
Милана подавила новое желание послать его подальше.
