Автор
Начинаясь на взгляде Эмиля к яркой блондинке Софье, атмосфера сексуальной предвкушения заполняет комнату. Но быстро становится очевидно, что Софья не готова к такому шагу. Она с вызовом отвечает на его тщеславие, и романтика переходит в борьбу интересов и решений о будущем....
Не все взрослые нравятся детям, тем более что у него не было никакого опыта общения с малышами.
— Не переживай ты так, — попыталась его успокоить Лора. — Она обрадуется…
Эмиль дотронулся до синяка на лице, поморщился:
— В таком виде только знакомиться с ребенком…
— Все будет хорошо, — сказала Лора уверенно.
Потом на миг сжала его пальцы и юркнула из машины, поспешила в садик.
Эмиль вышел на улицу, замер в ожидании.
Мысленно очень порадовался, что ситуация разрешилась так — ведь раньше и надеяться не мог, что Лора сама захочет представить его дочке, да еще и с такой охотой.
Немного походил вокруг машины. Но ходьба не помогла, от этого распереживался еще больше.
«Отчего так задерживаются?» — гадал он, продолжая мерить шагами пятачок возле машины.
Уже прошло минуты две, с тех пор как Лора ушла. Или даже три…
А потом он их увидел.
Впился взглядом в две фигуры, показавшиеся за решетчатыми воротами.
Самые родные, самые любимые в мире.
Эмиль заметил, как Лора показала Алисе на него пальцем. И девчонка посмотрела на него с большим интересом.
«Должно быть, Лора уже поговорила с дочкой, раз указывала на меня», — подумал он и разволновался еще больше.
Мать с дочкой вышли за ворота и направились к нему.
С каждым их шагом сердце Эмиля билось все быстрее и быстрее. Стало казаться, сейчас вообще выпрыгнет из груди и помчится самоходом навстречу к любимым.
— Привет, Алиса, — проговорил он, когда они наконец подошли.
Попытался улыбнуться как можно ласковее.
А девочка вдруг посерьезнела, спросила:
— Ты правда папа?
Он кивнул.
Повинуясь порыву, опустился на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Позволил как следует себя рассмотреть и сам с большим удовольствием обласкал взглядом милое детское личико.
Он видел Алису так близко впервые, но отчего-то возникло чувство, будто знал ее всю жизнь. И теперь было совершенно непонятно, как не почувствовал, что в Кабардинке растет родная душа? Но теперь-то он ни за что и никогда не выпустит дочку из поля зрения, костьми ляжет, но сделает все, чтобы она выросла счастливой.
— Ты будешь жить с нами? — спросила Алиса тем же серьезным тоном, который совсем не вязался с ее юным видом.
Что-то там думала, решала в своей маленькой, красивой головке. Он словно чувствовал, какой в ее мозгу идет активный мыслительный процесс.
Эмиль поспешил ей ответить:
— Мы теперь будем жить все вместе. Я, ты и мама.
