Автор
В зале нарастает напряжение: мужчины вокруг Александра медленно поднимаются со своих мест, будто готовясь к схватке. Тонкие скандалы о том, что его и тебя считают женихом и невестой, начали распространяться по городу. Но ты знаешь, это всего лишь недоразумение — игра слов в социальных сетях....
– Мальвина? Как в сказке? – воодушевляется девочка.
– Да, как в сказке, – отвечаю уверенно.
Я привыкла, что моё имя вызывает либо интерес, либо недоумение.
Вообще, удивительно, что моя строгая и никак не связанная с творчеством мать согласилась назвать меня Мальвиной. Насколько я знаю, это была идея моей старшей сестры, ну, а отец уже помог любимой дочке уговорить мать, и в итоге родительница сдалась. Правда сама по сей день зовёт меня Машей потому, что с трудом признаёт моё настоящее имя.
– А почему тогда у вас волосы белые, а не синие, как у настоящей Мальвины?
Детская непосредственность не знает границ, и я в очередной раз в этом убеждаюсь.
– Соня, ты что говоришь? Так нельзя… – хмурится мать ученицы.
– Не беспокойтесь, всё в порядке, – спешу успокоить женщину, а потом обращаюсь к любопытной почемучке: – сейчас я тебе открою свой секрет, только обещай никому не рассказывать.
Девочка кивает, заверяя меня, что будет молчать, и я принимаюсь на ходу сочинять историю о том, как мне пришлось с помощью волшебства изменить цвет волос.
Потом, конечно, удаётся перейти к занятиям и оценить уровень подготовки Софии. Оказывается, что девочка в свои восемь лет уже довольно многому научилась. Она три года посещала уроки музыки в муниципальном учреждении, но теперь её мать захотела попробовать частный центр.
– Жду вас в пятницу, до встречи, – прощаюсь с приятной парочкой и закрываю за ними дверь.
Первый урок прошёл на славу, и я никак не могу перестать улыбаться.
Как оказалось, рано обрадовалась.
После двадцатиминутного перерыва в дверь снова постучали. Нет, не так, в неё ударили несколько раз кулаком, а потом распахнули с такой силой, что она ударилась о стену.
Весьма эпичное начало, нечего сказать.
– Добрый день, – вежливо улыбаюсь, делая вид, что не заметила бесцеремонного поведения.
– Добрый, – отвечает ехидным писклявым голосом женщина средних лет.
Она держит в руках маленькую сумочку, а к груди прижимает собаку какой-то мелкой породы, тойтерьера, наверное, хотя, я в них плохо разбираюсь.
Рядом с женщиной стоит мальчик лет одиннадцати, и, судя по его недовольному виду, это он только что дверь пнул.
