Автор
В ночной библиотеке сквозит неопределенность и опасность, словно воздух вокруг заполнен напряжённой атмосферой любви и вины. Незнакомец медленно расстегивает её рубашку, его руки мягко но непрерывно обнимают её тело, пока она не погружается глубоко в притягивающую её череду желаний и запертых чувств....
Может быть если знал, что девочка она? Отказался от спора.
Хрен знает.
Ладно уже. Я может услугу крошке сделал, что от плёнки избавил. Если бы она знала кто я такой! Описалась бы от радости. Кипятком. Сам Большаков её осчастливил. Надо же! Для нее это честь. Быть оттраханной миллионером.
– Надеюсь, ты встретишь своего принца, лапочка. Не держи зла. Не знал, что ты невинна. – Шепнул на прощанье, поморщившись при виде крови, застыв возле двери. – И этот принц будет самым лучшим происшествием в твоей жизни. А меня забудь.
Она вздрогнула. Замычала. Но глаза не открыла.
Тяжело ей сейчас будет. Приходить в себя. Головная боль, рассеянность, потеря памяти. И… потеря ещё кое-чего очень важного.
Снова я наплевал на внутреннее жжение в области груди, хоть и чувствовал, что не надо вот так вот оставлять девчушку одну.
А с другой стороны…
Сама виновата.
В следующий раз станет умнее.
Мама не научила, что хлебать алкоголь из рук незнакомца – чревато и опасно.
Я получил, что хотел. Сомневаюсь, что после того, что я с ней сделал, у нас с ней что-то получится. Чтобы милашка не сдала меня бабуинам в погонах, а те, в свою очередь, журнашлюшкам, я оставил в её ногах огромный букет из ста одной розы и короткое послание:
«Спасибо за потрясающий вечер».
Это было моё алиби.
Утром из-за наркотика в коктейле она ничего не вспомнит. А увидев букет, у неё проснуться тёплые воспоминания, словно мы переспали по взаимному согласию.
Такой нескромный подарок скрасит её обиду.
Надеюсь, что мы больше не увидимся.
Она не найдёт мой номер. А значит, поймёт, что наша связь была не более чем приятным сексом на одну ночь.
Такие букеты с одинаковыми записками я оставлял каждой бабе, которую имел ради спора с друзьями.
Оставлял и забывал их имена.
Только хранил в телефоне альбом из фоток своих опробованных трофеев, когда фотографировал их спящими после ночи грязного и изощренного секса.
А после, хвастался друзьям, и они отваливали мне бабки за выигранный спор.
Сегодня я внёс в этот альбом ещё одну фотку, подписав прямо на снимке
«Лилия. Девственница. Самое охрененное, что у меня когда-либо было».
Сама нежность. И имя такое нежное, цветочное… Лилия.
Осторожно отворил дверь, выскользнул в холл, мысленно пожелав ей удачи и скорейшего восстановления.
***
Я неполноценный мужчина. И это бесило.
