Автор
В ночной библиотеке сквозит неопределенность и опасность, словно воздух вокруг заполнен напряжённой атмосферой любви и вины. Незнакомец медленно расстегивает её рубашку, его руки мягко но непрерывно обнимают её тело, пока она не погружается глубоко в притягивающую её череду желаний и запертых чувств....
Подонок провел в нашем филиале не более месяца. Затем стал наведываться всё реже и реже. Ну а я… мне стало немного легче. Тошнота сошла на нет. Я сделала первый скрининг, выдохнув с облегчением, что с малышом всё хорошо. Я ведь столько слёз выплакала, столько нервов погубила, потому что очень сильно беспокоилась о состоянии плода и о его развитии.
***
Первое УЗИ выдалось чрезвычайно волнительным. На чёрно-белом мониторе я впервые увидела своего малыша… Боже! Хоть и нечётко, но увидела!
Головку его крохотную и нечто, похожее на ручки и ножки.
Такой маленький, такой беспомощный. Как я только могла допустить мысль об аборте! Глупая дура! Хорошо, что вовремя одумалась.
– Ну вот, вес вашего малыша 24 грамма. Рост 8,5 сантиметров. – Радостно объявила гинеколог-узист, осторожно поглаживая мой, пока ещё плоский живот, специальным датчиком.
– Вау. Как же быстро он подрос за три месяца. – Выдохнула с восторгом, не скрывая удивления.
– Верно! Практически размером с лимон.
– А это девочка? Или м-мальчик?
– А вот это мы узнаем на следующем скрининге.
Волнения сошли на нет, когда врач сообщила мне радостную новость, что плод развивается согласно нормам.
Глубокий выдох.
Я закрыла глаза, в уме прошептала молитву, поскольку очень переживала за здоровье ребёнка. Мы ведь столько с ним пережили. Столько слёз выплакали…
Когда наш «папа» от нас отвернулся.
Через три месяца, после того, как я узнала о шокирующей новости, я с удивлением заметила, что мои любимые брюки стали мне тесноваты.
ПДР, кстати, поставили на май.
"На четвёртом месяце я начала замечать первые явные изменения в моём теле. Особенно изменилась моя грудь… Стала ещё больше и чувствительней.
***
На пятом месяце беременности, когда токсикоз окончательно сошел на нет, мне до одури захотелось того Катькиного сала, что ранее вызывало во мне страшную тошноту.
Я умоляла её на коленях, чтобы она поехала к своей бабке и привезла побольше таких обалденных гостинцев. От меня почти всегда несло чесноком.
