Автор
В ночной библиотеке сквозит неопределенность и опасность, словно воздух вокруг заполнен напряжённой атмосферой любви и вины. Незнакомец медленно расстегивает её рубашку, его руки мягко но непрерывно обнимают её тело, пока она не погружается глубоко в притягивающую её череду желаний и запертых чувств....
Успокаивался только на улице, на свежем воздухе. Пришлось выйти на незапланированную прогулку.
Вечерами я практически не покидала стены квартиры. Но сегодня сделала исключение. Как только начало темнеть, мы направились обратно к дому.
Я пела сыночку песенки, а он, утихомирившись, мне улыбался. Активно двигал ручками и ножками, корчил рожицы.
Ах, как же сильно я его люблю.
Мой бутузик! Моя румяная булочка!
Ничего себе! Дениске ведь уже скоро исполнится три месяца.
Как же сильно он вырос и изменился. Стал еще милей и чудесней.
Большие карие глаза, обрамленные длинными чёрными ресницами, пухлые щёчки, пухлые губки, маленький, сладкий носик и волосы… Тёмно-русые. Начинают в темпе расти."
"Карапуз уже во всю улыбается. Улюлюкает. Врачи говорят, что мой малыш опережает свои нормы в развитии. А я никак не могу нарадоваться. Своему счастью. Маминой радости и гордости!
Дениска меня уже очень хорошо знает. Кажется, даже понимает мои эмоции, пытается их копировать. И постоянно требует внимания. Ненасытный, прожорливый бутузик.
– Так бы и съела! – хохотала, надувая щёки, кривляясь в ответ смеющемуся сынишке, – А кто у нас тут такой сладенький и вкусненький мальчик? А? Денисочка?
Малыш продолжал веселиться, благодаря чему, моё сердце ёкало от радости.
Не налюбуюсь! Он – моё единственное средство от печали и невзгод.
Мой сыночек… Моя единственная ценность и богатство в этом мире.
Увлечённые играми, мы двигались в сторону нашего подъезда.
Как обычно, некоторые фонари во дворе не работали.
Темень. Подозрительная тишина. И пустота. На улице ни души.
А в груди… вдруг стало очень холодно и, до тупого, покалывающего жжения, крайне тревожно.
Не зря.
Не зря интуиция устроила внутренний бунт. А предостерегающий голос внутри меня настойчиво шептал, что лучше сегодня остаться дома. Как-нибудь иначе перетерпеть капризы ребёнка.
Но кто бы мог подумать, что возле жилого дома, вблизи детской площадки, нас постигнет страшная опасность?
О, Господи!
Я ничего не успела понять.
Меня опрокинуло в темноту. Я будто бы катилась кубарем по крутому склону, сдирая кожу до рваных ран и острой, невыносимой рези в голове. И слышала разрывающий, убивающий душу крик.
Плач своего маленького, беззащитного сына…
А после… утонула в ледяной, кромешной бездне.
Так и не успев что-либо понять. И предпринять.
***
Открой глаза.
