Автор
В ночной библиотеке сквозит неопределенность и опасность, словно воздух вокруг заполнен напряжённой атмосферой любви и вины. Незнакомец медленно расстегивает её рубашку, его руки мягко но непрерывно обнимают её тело, пока она не погружается глубоко в притягивающую её череду желаний и запертых чувств.
Уже в который раз я убедилась, что без денег, без власти, без богатых родственников, я никто. Пустое, грязное болото. Уж лучше пожертвовать внутренней гордыней, но снова увидеть сына, чем попробовать показать свой характер… и уйти ни с чем. И никогда больше не взять на руки свой единственный и бесценный смысл жизни, никогда не услышать смех Дениски, никогда не почувствовать его запах, его тепло, его ответную любовь.
– Пожалуйста, верни мне его, верни… Я всё сделаю. Всё, как ты скажешь. Что ты хочешь? Что, Кирилл? – Погрузившись в состояние глубокого аффекта, я потеряла контроль над собственными словами и действиями. Потому что хотела лишь одного. Вернуть любимого мальчика. Любой ценой. Абсолютно любой!
Накрыла скулы мужчины ладонями, с мольбой во взгляде, застонала, впервые назвав вслух начальника по имени, обратившись к нему на «ты».
– Только не отбирай. Не отбирай… Ради всего святого. – Лбом к его лбу припала, закрыла глаза. Заплакала.
Он был в шоке."
"Наверно, именно поэтому обвил меня обеими руками за талию, посадил к себе на колени и даже начал поглаживать. По спине. По волосам. По шее и ключицам.
Нежно так… Чувственно.
И эти прикосновения успокаивали. Дарили тепло. Притупляли душевную боль. Благодаря чему, головокружение усилилось в разы. Но самое интересное – голос Кирилла изменился. Интонация стала мягче, добрее. Он даже заикнулся. Видимо, от волнения.
А затем, обхватив мои, мокрые от слез щёки, своими горячими ладонями, заглянул в глаза и, требовательным, холодным басом прошептал:
– Так, Лиля, расскажи всё по порядку. Что случилось? Иначе, таким образом, без конкретики, я тебе ничем не смогу помочь. Выключи эмоции. Успокойся. Попытайся расслабиться. Я весь во внимании. И, клянусь, я вообще не понимаю, в чем ты меня обвиняешь.
И я рассказала.
Правда зачем, если он и так знает?
Он ведь украл. Он!
Или… всё же не он?
По глазам мужчины было видно, что Кирилл ничего не понимает и находится в абсолютном замешательстве. Но, как бы там ни было, верить ему ни в коем случае нельзя. Спасибо! Научена опытом, млять. Актеришка тот ещё умелый.
– Если это правда не ты, тогда помоги мне, молю. – Прошептала одними губами, практически беззвучно, не моргая, глядя в бездонные и опасные глаза моего персонального дьявола. С такой щемящей мольбой, что бешеный водопад слез, несущийся по щекам, невозможно было унять ни на секунду. – Полицбыии это не надо, понимаешь?
Неожиданно, он вдруг обхватил меня за затылок. Чутко. И бережно.
