Полина встретила его в возрасте двадцати один — мужчина был старше на десять лет. Первое прикосновение к его взгляду ослепило, будто земля уходила из-под ног, стоило только он ее заметил. Полина — простая девушка из провинции, училась на бюджетах в университете и работала, чтобы поддержать себя и свою тайну....
Похоже, «Не отпускаю» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"— Нет, не надо, — нервно отвечает она, дергается, пытаясь вырваться, но я сильно вжимаю ее в подоконник, не позволяя от меня сбежать. Не хочет лаской, возьму силой, но закончу эту глупую размолвку между нами.
— Что опять случилось, почему ты так напряжена? — шепчу ей на ухо, шумно втягивая цветочно-ванильный аромат ее кожи.
— Я не знаю, — пытаясь увернуться, отвечает она. — Что-то не так. В наших отношениях что-то не так. Что-то изменилось.
— Полина, по-моему, я уже признал свою неправоту вчерашним вечером, — веду рукой по голой спине, очерчивая ее позвоночник, подбираюсь к завязкам на шее, дергаю их развязывая, но Поля подхватывает верх платье, не позволяя оголить ее грудь.
— Дело не в этом, — заявляет она.
— А в чем? — спрашиваю на ухо, слегка прикусывая ее мочку. А она молчит, продолжая упорно удерживать верх платья. Все, с меня хватит разговоров и ужимок, я был достаточно терпелив. Хватаю ее за талию, разворачиваю к себе лицом. Полина вскрикивает, когда я сажаю ее на подоконник, резко развожу ноги и размещаюсь между ними.
— Так в чем дело?! — громко спрашиваю я, вырывая у нее из рук верх платья, оголяя ее небольшую грудь с розовыми сосочками, которые уже возбужденно торчат, но Полина продолжает сопротивляться словно девственница, прикрывая их рукой.
— Не знаю, — как-то отчаянно отвечает она.
— Расслабься, солнышко, выкинь весь бред из своей головы, — тянусь к ее губам, которые она нервно кусает, понимая, что вот-вот сдастся в мой плен. Обхватываю ее подбородок и впиваюсь в губы, начиная покусывать их сам, лаская укусы языком.
— Вадим, — задыхаясь, произносит мне в губы, пытаясь оттолкнуть. — Нам нужно поговорить.
— Тихо, все разговоры потом, — хватаю ее за запястья, поднимаю ее руки наверх, прижимая их к холодному стеклу. Просовываю язык ей в рот, сплетая наши языки, не позволяя больше разговаривать, целую жадно, чувствуя, как моя девочка окончательно сдается, не выдерживая моего натиска. Вот так-то лучше. Моя жена вновь становится податливой, на все готовой рядом со мной девочкой, какой я и хочу ее видеть.
