Поехал к ней узнать, с чего у неё такой интерес к Алисе, — друг замолчал, затем, смачно выругавшись, продолжил, — короче, приезжаю, а там народ возле подъезда, подхожу — лежит девушка на асфальте. Присмотрелся к трупу и понял, что это подозреваемая: мне дали ее фотографию из личного дела. Короче, я опоздал на десять минут. Уверен, ей кто-то помог выпасть из окна, сейчас тело повезут судмедэксперту, даю сто процентов, что я прав.
— Глеб, делай что хочешь, но найди мне эту тварь!
— Мог бы не говорить, я сам жажду найти преступника.
— Есть ещё что-нибудь на неё?
— Пока только скупые факты: воспитывалась в детдоме, привлекалась за мелкие правонарушения, не замужем, детей нет.
— Из детдома говоришь… — сразу ухватился за эту ниточку.
Есть вероятность, что её либо заставили, либо подкупили, а как всё сорвалось — в расход. Хотя по любому её ждала такая участь — свидетели и исполнители заказчикам не нужны.
— Катя тоже из детдома, — на переделе слышимости произнесла Юля.
Посмотрел на неё — она бледная стояла.
— Марат, проверь крота, есть ли между ними связь.
— Не вопрос, проверим. И ещё, как там твоя малышка? — уже более мягким тоном спросил Глеб.
— Сейчас спит, она у меня красавица, вся в маму, — приобнял Юлю и нежно коснулся её губ своими. Смутилась.
— Насколько мне известно, в твою, — пробурчала она.
— Значит, в меня — я на маму похож, — решил пошутить немного, чтобы разрядить обстановку, а то моя женщина слишком бледная и напряжена.
— А если выяснится, что это она, что будем делать?
Отвлекающий манёвр не удался — плохо. Ответить на этот вопрос я не готов, ещё не придумал для неё кару, но если выяснится, что она — виновница… И не нужно списывать со счетов моих врагов, они тоже могли приложить к этому руку. Но вот Юле этого знать не стоит, хватит с неё потрясений.
Глава 25
Я высвободилась из объятий Марата, он строго посмотрел на меня, но не стал удерживать.
— Так всё-таки что будем делать? — решила настоять на своём.
— Юль, это моя забота, а ты постарайся успокоиться, и не забивай себе ничем голову.
Он подошёл к больничной кровати, где мирно посапывала Алиса, смотрел на неё с такой… нежностью.
— Марат, как я могу быть спокойна, зная, что мою дочь сознательно накручивали?
— Я же сказал, что со всем разберусь, виновники понесут наказание, — его голос приобрёл стальные нотки, он перевёл взгляд на меня, тяжело вздохнув, и уже мягче продолжил: — Девочка моя, просто верь в меня. А сейчас поехали домой, Михалыч сказал, тут делать нечего, завтра он навестит нас.
— Насчёт того, что разберёшься — верю, — ответила, подойдя к спящей дочери, только собралась взять её на руки, он меня остановил, прикоснувшись к моему плечу."
"— Не трогай, — вздрогнув от прикосновения, не скрывая удивления, посмотрела на него.