Автор
Майский утро начинается с первых свистков будильника на понедельник. Теплые лучи солнца через тонкие занавески создают мечтательный оттенок в просторной спальне Машиной квартиры. Ванная комната становится вторым домом: чистота и тишина окупаются каждое утро, но иногда кажется, что сонный зев отныне требует особого усилия для прерывания его....
Не помешаю? — голос парня прозвучал буднично.
— Ну что ты, — Маша прижала ветки к груди. — Боюсь, много мы не найдём…
Пробормотав что-то ободряющее, Ховард принялся за поиски сухого хвороста.
Всё же они нашли достаточно веток и, нагрузившись, побрели обратно. Несмотря на то, что Доминик тащил львиную долю тяжести на себе, Маша не могла видеть даже своих ног и, по приближению к лагерю, порядком запыхалась. Шедший впереди молодой человек постоянно оглядывался и с одобрением посматривал на покрасневшую от натуги, но молчаливую девушку, и потому сразу заметил: споткнувшись о выступающий из земли сучок, Маша оступилась, выронила весь свой груз и мгновенно рухнула вперёд…
Девушка зажмурилась и замерла испуганной мышкой в ожидании болезненного удара.
"Так вот откуда эти непонятные тепло и мягкость!.. Она лежала прямо на успевшем поймать её Доминике, который серьёзно смотрел на неё. Его частое дыхание согревало её лицо, уже знакомый запах кружил голову, в которой мячиком для пинг-понга прыгала странная мысль: насколько неприятно ему было такое близкое соседство.
Из уверенного объятия не хотелось вылезать никогда, но вид собственных пальцев, крепко вцепившихся в мужские плечи, несколько отрезвил затуманенное сознание.
— Ты не поранился? — голос испуганно дрогнул. — Извини, пожалуйста…
Парень усмехнулся, настороженность исчезла из его глаз, сменившись непонятным чувством.
— Всё в порядке, — тихо проговорил он, — ты-то как?
— Нормально, — обрадованно кивнула Маша и вдруг покраснела.
Молодой человек, глядя, как наливаются краской девичьи щёки, поборол в себе настойчивое желание прижать это тельце к себе ещё крепче и… и вместе с тем пару раз хорошенько приложиться головой о землю. Он ослепительно улыбнулся, заставив Машу удивлённо похлопать ресницами.
— Удобно? Ещё полежим?
— Ох!..
Девушка невольно упёрлась руками в его грудную клетку, вынуждая глубоко вдохнуть, и резко отодвинулась.
— И не знаю, как благодарить тебя, жизнь спас! — с нервным смешком Маша принялась выискивать налипшие на волосы и одежду листики и мелкий мусор.
— Да чего уж там, — Доминик поправил шапку и с вызовом глянул на неё:
— Хотя, пожалуй, такой подвиг достоин награды…
— Какой… награды?!
В Машином взгляда вновь заплескалось нечто похожее на испуг, и парню захотелось рассмеяться.
