Девушка внезапно обнимает парня за талию, его руки автоматически плетутся по ее спине. В комнате наступает напряженная тишина, только дыхание и сердцебиение можно слышать. А дальше — это нечто из другого мира: одни лишь огонь от лампы создает мрачную атмосферу в маленькой комнатке....
***Гувернантка сжала рот рукой и затряслась в беззвучных рыданиях.
Успокоиться! Ей надо немедленно успокоиться, девочки не должны увидеть ее в таком состоянии и макияж может потечь! Угораздило же ее сесть в шезлонг под окнами гостевых!
Глава 43
Ужин прошел в торжественной обстановке.
Хозяйка из кожи вон лезла, привлекая внимание к дочерям, а те старательно изображали ангелочков. Но Влад, уже умудренный каким-никаким практическим опытом, без труда замечал и хитрый блеск глазок, и осторожные перешептывания сестер и взгляды, какие девочки бросали по сторонам.
Ванесса Павловна млела под восторгами и восхищениями, щедро расточаемыми гостями. Просто идиллия!
Гувернантку в столовую не пригласили, что было оправданно: мало кому из гостей понравится, что кто-то сидит и смотрит, как они едят.
Влада раздирали противоречия — с одной стороны, он очень хотел увидеть Асю, пусть и в этом ее маскараде. С другой стороны, встреча его страшила — допустим, он-то может сделать вид, что не узнал, но Ася ведь отлично видит, кто перед ней! Вдруг, испугается и опять кинется в бега? Он не хотел, чтобы она опять подвергала себя и дочь риску и снова искала пристанище и работу, но как объяснить ей, что он больше без ее разрешения пальцем к ней не прикоснется и даже не подойдет, если Ася запретит — он не знал.
Мать была непривычно тиха и задумчива. Вчера она больше часа разглядывала фотографии Кати, которые Влад наснимал в лагере, расспрашивала о девочке — что любит, что не любит. Почему-то в большое волнение ее привела информация, что Катя не любит вареный лук и любит бегать босиком.
— Мам, ты чего? — заинтересовался сын.
— Это так странно, — отозвалась мать. — Когда ты был маленьким, твоя няня измучилась, бегая за тобой с тапочками, ты их на дух не переносил и скидывал при любом удобном случае. А когда ты кушал, то первым делом выкладывал на край тарелки весь лук или то, что тебе показалось луком, отучить не получалось никак.
