Рано или поздно все восторженные, ранимые, беззаветно любящие и наивные девчонки превращаются в сильных, умных, самодостаточных и знающих себе цену женщин. Чувства и эмоции выдрессированы, на сердце броня.И вдруг в налаженную и устоявшуюся жизнь врывается тот, кто много лет назад сказал жестокие слова, для кого ты была всего лишь эпизодом.Ваша с ним первая любовь, длиною в жизнь....
— Я чего-то не знаю?
— Обошлось — что ты приняла решение, наконец, — отмахнулась мать. — Я переживала, что начнешь привечать второго, и тут такая Санта-Барбара начнется, что хоть опять беги.
— Нет, мама, ты меня не так воспитала, чтобы я мужикам головы морочила. Устала, сил нет, и в голове прямо калейдоскоп крутится от впечатлений.
— Ну, иди, ложись, отдыхай. Завтра рабочий день.
***С утра настроение испортили, потом негатива добавилось в отцовском офисе, и ко второй половине дня Влад был достаточно взвинченным.
Ну, и что ему надеть? Смокинг? Уместно, но слишком торжественно, он ведь идет без спутницы… Остановился на темно-синем костюме.
Во «Дворец на Яузе» он приехал заранее, вошел внутрь и принялся прогуливаться по фойе, зорко следя за входом.
Публика прибывала быстро, наблюдать становилось сложнее, но зато и ему теперь легче остаться незаметным. Влад ловил на себе заинтересованные взгляды и внутренне морщился — отстаньте, не мельтешите, не до вас!
Ася появилась минут за тридцать до начала спектакля, в компании высокого, крепкого, но не грузного мужчины.
"Ася была настолько ослепительна, что Влад задохнулся и еле сдержал порыв подойти, сгрести в охапку и унести подальше от чужих взглядов. Как тогда говорил Земов: забрать себе, от всех спрятать, беречь, любить, весь мир бросить к ногам. Да, именно это он и хочет сделать.
Места у Аси и ее коллеги (калеки, если свои грабли при себе держать не будет!) оказались в партере и прекрасно просматривались с бельэтажа.
И да, он, как пацан возле дырки в женскую раздевалку, весь спектакль смотрел именно в партер, а не на сцену.
Потенциальный калека, видимо, чувствовал, что нарываться не стоит, и вел себя прилично: за локоток придерживал и наклонялся близко, но вольностей не допускал.
На сцене что-то шло, страдали, радовались, умнели, творили глупости, зал вздыхал и аплодировал, а Влад всем существом не мог оторваться от третьего ряда партера.
В антракте к Владу подкатили две девицы, вцепились, защебетали: вы один, и мы одни, давайте скучать вместе! — еле отвязался. И занервничал, когда понял, что упустил Асю, но бегать и искать было чревато, можно было неожиданно выскочить прямо в лоб, поэтому он вернулся на свое место и дергался, пока Анастасия не вернулась в зал.
