Я стояла у тихого бара в ночной тишине, наблюдая за тем, как парень с выдающейся спиной погружается в свое мысльное путешествие. Отныне я планировала совершить грех, отдав магическую способность тому, кем оказалась эта загадочная фигура у дальнего столика.
Моя внешность всегда была предметом насмешек, и сегодняшний день вряд ли будет исключением. Как будет чувствовать себя рядом моя маленькая Эл? Когда эльфы кривят губы, замечая ее спутника сразу следом за проклятым полупрозрачным платьем?!
Карета остановилась у входа во дворец, заняв очередь в самом конце. Сегодня на прием решила явиться добрая половина Арвендала! Через десять минут и наша дверца распахнулась.
— Красота! — выдохнула жена, ступив тонким каблучком на дорожку, выстланную розовыми лепестками. Она вилась широкой красной лентой до самых дверей.
— Эти розы зачарованы. Эльфийская традиция. Считается, что, если эльф не чист помыслами и желает королю зла, они окрасятся в черный цвет.
— Ничего себе! И что сделают с таким эльфом? — теперь супруга ступала с осторожностью.
— Убьют на месте.
Элария совсем не замечала тех жадных горячих взоров, которые на нее бросали работники дворца, стоящие вдоль дорожки. Охранники, верные воины моего отца в черных приталенных жилетах.
У входа и вовсе стоял высокий красивый церемониймейстер. Он, не стесняясь, прошелся по Эл раздевающим взглядом, потом наткнулся на холодный мой, обещающий ему скорую смерть. Быстро сглотнул.
— Лорд Дрэгоэль Сильвандир с супругой, Эларией Сильвандир! — объявил он, и мы зашли в холл дворца.
Но, в отличие от тех, кто имел честь попасть сюда раньше, нам не слишком повезло, ведь анфиладу уже наполнили пары аристократов, и все они, как по команде, обернулись, услышав объявление церемониймейстера.
Ну вот. Сейчас начнутся шепотки, поливание меня дерьмом и прочие атрибуты подобных приемов, с которыми я постоянно сталкивался! Я весь внутренне напрягся. Но шли минуты, — и ничего не происходило. Мы с Эл шагали вперед. Я поддерживал жену под тонкий локоток, а эльфийки внимательно разглядывали ее платье, как мне показалось, с нотками зависти, потом переводили взгляд на меня, и быстро испуганно отводили его прочь.
После полагалось поприветствовать короля, но мой отец поступил так, как делал сотни раз до этого — решил не появляться в начале приема. Король Элдорин Сильвандир ненавидел сборища, подобные этому. И, пожалуй, это было единственной чертой, доставшейся мне от него, не считая размера члена, как я узнал недавно.
Когда мы вошли в бальный зал, наполненный цветом аристократии, я замер.
