Автор
В тихой комнате за закрытыми шторами сияет мягкий свет лампы. Михаил, наконец проснувшись, чувствует усталость и желание остаться в постели еще немного. Внезапно раздается знакомый телефонный звонок от Марии — его сестры. Они уже ждут приезда в родительскую квартиру для обсуждения важных семейных дел, связанных с карьерой Миши....
Что-то ёкает в душе, заставляет сердце ускорить ритм.
— Полина! — выдыхаю я. — Ты уже пришла?!
В ответ тишина. Оставляю чашку, бегу к соседке. Долго звоню.
— Полина, открой немедленно!!
Наконец, дверь открывается на пороге голый Петров в одних боксерах, за ним смеющаяся дочь с телефоном.
— Что здесь происходит? — мой взгляд ползет по полу, выцепляет фиолетовые лодочки, в которых ушла из дома Поля.
— Папа к нам вернулся, — пищит малявка.
— Ничего хорошего для тебя! Мы сошлись с Полинкой. Вот, встречались.
Тяжело выдыхаю, и мой мощный кулак летит в физиономию, которую я давно мечтал набить.
— Вы плохой-плохой! — кричит Стефа, бросаясь на меня с кулаками, пока ее отец вытирает кровь с лица.
— Позови Полю!
— Она в душе, ты же понимаешь…
— Да что ж так с бабами мне не везет-то!! — разворачиваюсь резко, возвращаюсь домой.
Ни слов, ни мыслей, ни эмоций. Только выжженная как пустыня душа.
Собираю вещи Полины, бросаю их огромной цветной грудой у ее двери.
Прощай Полина!
— Миша, открой, — Поля ломится ко мне вечером. Звонит по телефону, не отвечаю. Не хочу слушать ее ложь, развела меня как лоха. Внезапно вспоминаю ее признание, я с тобой из-за денег!
Вот оно. Они сговорились с Петровым заранее, провернули весь этот спектакль. Меня раздирает от злости.
Ночью приезжают Серафима и мальчики.
— У вас так много вещей! Вы надолго? — втроем бросаем на Фиму вопросительный взгляд.
— Надолго…"
"Наутро Серафима готовит завтрак, сидим вчетвером за кухонным столом.
Полина входит в квартиру. Ошеломленно смотрит на нашу идиллию. Ее губы, как и руки, трясутся, лицо белое как полотно, в карих глазах стоят слезы.
— Миша, что происходит? Ты выбросил мои вещи? Я не понимаю…
Нахалка! Меня бомбит от ее борзости. Лживая овечка, кувыркалась вчера с бывшим мужем, сейчас делает вид, что невинна и чиста.
— Ко мне вернулась Сима, у нас семья, — обвожу рукой стол.
Серафима удивленно переводит взгляд с меня на шмыгающую носом Полю.
— Да, у нас семья! — выпаливает Тоха, — и вам здесь не рады!
Полина пятится назад. Протягиваю руку: — Ключи верни!
Бросает на пол, убегает.
— Не знаю, что здесь происходит. Но вы мальчики неправильно меня поняли, — голос матери моих сыновей стальной и жесткий, как и ее холодный взгляд голубых льдистых глаз.
Глава 42
Июнь
Полина
Утро явно не задалось. Тошнит с самого утра. Наверное, чем-то отравилась.
