Бизнесмен Дмитрий Савичев и его окружение сталкиваются с ужасающей тайной после находки тел в воде. Поиски монстра приводят к мрачным размышлениям о природе человеческого ума. Даша Миронова оказывается в центре этой опасной игры, где скрывается криминал и неразгаданные загадки.
Раздел Chitat.online для книги «Не приходя в сознание» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бизнесмен Дмитрий Савичев и его окружение сталкиваются с ужасающей тайной после находки тел в воде. Поиски монстра приводят к мрачным размышлениям о природе человеческого ума. Даша Миронова оказывается в центре этой опасной игры, где скрывается криминал и неразгаданные загадки.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Алексеевич Пронин Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Бизнесмен Дмитрий Савичев и его окружение сталкиваются с ужасающей тайной после находки тел в воде. Поиски монстра приводят к мрачным размышлениям о природе человеческого ума. Даша Миронова оказывается в центре этой опасной игры, где скрывается криминал и неразгаданные загадки.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ну действительно, вроде я должен объяснительную писать, почему нас в составе замело! Стихия. И все тут.
— Ох, помню, первой зимы испугался, — мечтательно проговорил Афоня. — К марту уже задыхаться стал, казалось, зима второй год идет... Не поверите, я из той зимы выбрался как из ямы... Весна наступила, так я воздух стал открытым ртом хватать. Но какая была зима! — Афоня поцокал языком. — Буран неделю, снег — телеграфных столбов найти не могли, мороз — кошка под окном пройдет, и скрип снега слышен.
— Как же ты не удрал? — спросил Левашов.
— А вот этих касатиков встретил. — Афоня показал головой на Ивана и Федора. — Контакт у меня с ними получается. И скажу тебе, парень, — Афоня посерьезнел, — когда контакт с людьми есть, никуда не уезжай. Не советую. Вернешься. Никакой климат, никакая зарплата не даст тебе... В общем, ты понял. И еще я скажу тебе, коль уж разговор зашел, — нет на земле ничего, кроме человеческих отношений. Все остальное — так, одежки. Ты их можешь снимать, можешь снова напяливать — это не имеет значения. Был у меня друг... Но вот у него оказалось высшее образование, а у меня его не оказалось. И контакт поломался. Была подруга... Она любила на мужчинах узкие брюки, а у меня были только широкие. И мы разошлись как в море корабли. И жена... Помню, была у меня жена, — Афоня усмехнулся. — Из ванной часами не выпускала — заставляла чуть ли не кипятком мазут из кожи на руках выпаривать. И руки у меня большие были, красные, вот как сейчас... Из парадного костюма они, вишь ли, некрасиво смотрелись. Как клешни. Пришлось развестись. А тот самый корреспондент, которому Иван хотел голову оторвать, первым делом всегда спрашивает у наших ребят: не думаешь ли, мол, с острова уезжать? Можно себе представить, как он относится к острову? Боится он его.
— И правильно делает, — сказал Федор. — Я заметил, что у каждого приезда на остров — это целая история. Это судьба. Не меньше. Я сам в газете работал. В многотиражке. И ушел. Надоело. Суетно. Газета наша выходила на четырех маленьких страницах, и у нас было четыре сотрудника. Они так и назывались — первая страница, вторая страница. Я был третьей страницей. Говорил о повышении производительности труда, качестве продукции, себестоимости... Все это важно, но мне наскучило.
— Но самая интересная история у нашего Ивана, верно, Иван? — усмехнулся Афоня. — Нет, нам с ним не тягаться!
— И не тягайся, — невозмутимо ответил Иван. — Куда тебе, задохлику, тягаться...
— А что за история? — спросил Левашов, стараясь, чтобы его вопрос прозвучал не слишком уж заинтересованно.
— Отсидел наш Ваня, — ответил Афоня. — И что я тебе скажу — не поверишь! Снова грозится отсидеть, если случай подвернется.
— Это как? — не понял Левашов.
— Вины он своей не осознал.
