В 1918 году после возвращения Эраста Петровича Фандорина из комы разворачивается драма вокруг поезда Самара-Москва. События на вокзале и в вагонах полны интриг, когда происходят непредсказуемые события, связанные с перемещением людей и борьбой за место.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Не прощаюсь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В 1918 году после возвращения Эраста Петровича Фандорина из комы разворачивается драма вокруг поезда Самара-Москва. События на вокзале и в вагонах полны интриг, когда происходят непредсказуемые события, связанные с перемещением людей и борьбой за место.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Акунин Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
В 1918 году после возвращения Эраста Петровича Фандорина из комы разворачивается драма вокруг поезда Самара-Москва. События на вокзале и в вагонах полны интриг, когда происходят непредсказуемые события, связанные с перемещением людей и борьбой за место.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Что это такое – «зеленая правда»? Расскажете? – спросил отец Сергий так, словно это была самая обыкновенная светская беседа.
– С удовольствием. Нечасто доводится поговорить с умным, взрослым человеком. Вечная проблема педагога – всё время ты окружен детьми.
На Мону оба не обращали ни малейшего внимания, и ее это отлично устраивало. Она бы вообще охотно убралась отсюда, но боялась лишним движением напомнить мягкоречивому атаману о своем присутствии.
Отец Сергий слушал очень внимательно.
– Крестьянину враждебно государство и опасна анархия. Основа крестьянской жизни – семья. В большой крестьянской семье как? Нет ни свободы, ни равенства, а вот братство, то бишь любовь, есть. Слово отца – закон. Хороший отец детей любит, но не балует, как городские. И учит, постоянно учит. Как пахать и сеять, как обустраивать дом, как уживаться с общиной. Крестьянская семья – это еще и школа. Вот почему наше Зеленское сообщество называется «Зеленая Школа».
– То есть вы считаете народ ребенком?
– В основной своей массе – безусловно. Встречаются исключения, но очень редкие. Я – директор начальной школы и обучаю своих учеников азам. Есть у меня некоторое количество взрослых помощников, они у нас носят высокое звание «учителей» и образуют наш орган управления – Учительский Совет, под моим председательством.
– Учителей избирают?
– Еще не хватало! Народ глуп. Навыбирают крикунов с краснобаями. Учителей назначаю я, директор. Самых уважаемых людей, по заслугам. В крестьянской семье уважение к личности – не подарок, который всякому достается от рождения. Уважение зарабатывают. Кто уважает младенца, который только гадит в пеленки? Ты вырасти, прояви полезность, получи аттестат жизненной зрелости – тогда и претендуй на уважение.
Тут отец Сергий задал вопрос, от которого Мона съежилась.
– А кто назначил директором вас, Никодим Львович? По какому праву именно вы решаете, кто д-достоин уважения, а кто нет?
Но Жовтогуб опять не рассердился.
– Директором Зеленского народного училища меня назначили еще тридцать пять лет назад – я его и создавал. И за эти годы у меня отучились все местные, кому сейчас до сорока пяти лет. Они привыкли слушаться меня с детства. Мы здесь живем своей собственной властью с позапрошлой осени, когда в Петрограде всё развалилось. И неплохо живем. Сеем хлеб, играем свадьбы, поставили тридцать новых хуторов – потому что люди всё время прибывают. Кругом голод, разруха, а у меня директория – полторы тыщи квадратных верст полного порядка. Земли много, всем хватает – помещичьи владения мы реквизировали. По последней майской переписи у меня 11438 душ. Из них почти половина – мужики крепкого возраста, работники и защитники. В России из-за войны мужчин всюду мало, а у нас много.
