В 1918 году после возвращения Эраста Петровича Фандорина из комы разворачивается драма вокруг поезда Самара-Москва. События на вокзале и в вагонах полны интриг, когда происходят непредсказуемые события, связанные с перемещением людей и борьбой за место.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Не прощаюсь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В 1918 году после возвращения Эраста Петровича Фандорина из комы разворачивается драма вокруг поезда Самара-Москва. События на вокзале и в вагонах полны интриг, когда происходят непредсказуемые события, связанные с перемещением людей и борьбой за место.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Акунин Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
В 1918 году после возвращения Эраста Петровича Фандорина из комы разворачивается драма вокруг поезда Самара-Москва. События на вокзале и в вагонах полны интриг, когда происходят непредсказуемые события, связанные с перемещением людей и борьбой за место.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Лица повернулись к начальнице – что она скажет?
Выдрессированные, будто мартышки в цирке, подумал Маса. Он по-прежнему следил только за Шушей, прочие, ясно, значения не имели.
Женщина вынула из мундштука папиросу, аккуратно отложила в пепельницу.
Тихо, очень тихо (все вытянули шеи, чтобы расслышать), произнесла:
– Товарищ Ченг, я говорила – чужих не приводить?
– Он не чужой, я же объяснил… Он меня спас! Он за Интернационал, он хочет сражаться с нами против белых чертей!
– Кто чужой, а кто нет, решаю я, а приказ есть приказ. Ты знаешь, что бывает за нарушение приказа?
Шуша вынула что-то из маленькой коробочки, положила в рот. Наверное, коричную или мятную пастилку. Китайцы любят.
– Так что бывает за нарушение моего приказа? – повторила она сквозь стиснутые зубы.
– Выслушай меня, почтенный товарищ Шуша, – сказал Маса. – И ты увидишь, что я не чужой.
Женщина поднесла пустой мундштук к губам, раздался тихий звук, и Ченг схватился за горло, его глаза полезли из орбит. Сидевшие за столом съежились.
Несколько секунд похрипев, Ченг уронил руки. Глаза у него остекленели. Прямой, как палка, он с деревянным стуком бухнулся на пол. Из шеи, сбоку от кадыка, торчала иголка.
Он снова, еще внимательней присмотрелся к китаянке, отметил невероятную скупость ее движений, верней, полное их отсутствие. Убив человека легким напряжением губ, Шуша застыла. В пальцах левой руки что-то поблескивало. Еще одна иголка.
Маса покашлял. Вдруг зачесалось горло, и как раз около кадыка.
Говорят, все императорские телохранители имели наивысший ранг своего ремесла. Он называется «живой камень», потому что, пока нет опасности, камень мертвый, не привлекает к себе никакого внимания, ничем не выдает присутствия. Но при малейшей угрозе для охраняемой особы камень оживает.
Не сводя глаз с иголки, Маса приготовился, если что, крутиться и прыгать.
Губы женщины задвигались, в остальном она осталась такой же каменной:
– Я не старый. И я очень полезный. Я могу побить всех твоих людей один.
Чуть улыбнулась. Спрятала иголку в коробочку. Уже хорошо.
– Побей меня. Я буду сидеть и пользоваться только левой рукой.
Поднялась, взяла тяжелый стул пальцами, словно пушинку. Вынесла на пустое место. Села. Ступнями зацепилась за ножки, правую руку убрала за спину.
Какое у нее лицо, думал Маса. Будто густой туман, сквозь который совсем не видно душу. Вообще ничего не видно.
– Одной рукой? – вежливо посмеялся он. – Ты, наверно, шутишь?
– Победишь меня – будешь жить. Нет – умрешь.
Сидящие за столом тихо, но оживленно шептались, о чем-то между собой сговариваясь. Маса догадался о чем. Китайцы обожают заключать пари. Кажется, желающих поставить на чужака не нашлось.
Ну, сейчас я тебе устрою японо-китайскую войну, злорадно подумал Маса.
