Автор
Не проси прощения: Виктор, уже взрослый мужчина, возвращается к своему дому после долгих лет пребывания за границей. Он несет с собой запахи родного городка и воспоминания о том времени, когда он был мальчиком, который хотел только одного — увидеть глаза своей любимой Дашу и услышать ее голос впервые за многие годы....
Виктор сидел и, забыв, как дышать, таращился на буквы на экране мобильного, не представляя, что, зачем и почему. Она из вежливости так написала? Или ей всё равно, зайдёт он или нет? Или…
Горбовский, к своему стыду, осознал, что абсолютно не понимает сейчас бывшую жену. Раньше он мог со стопроцентной уверенностью сказать, как отреагирует Ира на ту или иную новость, что ей понравится, а что нет, что интересно, а что не очень. Но теперь она неожиданно оказалась для него какой-то незнакомкой… причём порой вела себя так, словно между ними не было пятнадцати лет совместной жизни и его отвратительной связи с Дашей.
Для прежней Иры подобное было невозможно. Но вдруг всё это — притворство? Ей ведь нельзя нервничать, и поэтому она замораживает свои реакции, старается быть нейтральной. Тогда — да, понятно. Непонятно другое: зачем? Зачем жертвовать собственным покоем? Ну не ради же благополучия Виктора!
Вновь подняла голову и зашипела змея, сотканная из страха…
И Горбовский быстро напечатал:
«Я после двенадцатичасовой смены, но не отказался бы от чая».
И уже почти не удивился, прочитав краткое:
«Поднимайся».
36
Ирина
Уходя от дочери, Ирина столкнулась в дверях подъезда с Борисом. Слегка удивилась — зять обычно приходил позже, — но всё стало ясно, когда он взял её за локоть и сказал:
— Ирина Витальевна, я хотел с вами поговорить. Пятнадцать минут, не дольше. Пойдёмте в мою машину, хорошо?
— Да, конечно, — она кивнула, соглашаясь и предполагая, о чём может пойти речь.
Виктору Ирина не соврала: ей действительно нравился Борис. До него Марина встречалась с какими-то абсолютными олухами, и на их фоне он вообще казался человеком без недостатков — симпатичный, серьёзный, основательный, он напоминал Ирине её брата Толю — тот тоже всегда был человеком разума, а не эмоций. А вот Максим и Марина пошли в отца…
Они сели в машину, и Ирина поинтересовалась:
— А Ришка тебя не хватится?
— Нет, я ей не сказал, что буду раньше.
— Знаю. Он хотел купить подарок, я дала ему адрес. Извини, что не спросила.
— Я без претензий, — качнул головой Борис, чуть развернулся и посмотрел прямо на Ирину. Прямо и внимательно.
