Автор
Вернись в посёлок после трагической смерти матери? Вернусь. Я не смогу жить рядом с человеком, за которого погиб мой самый дорогой друг. Кирилл обещал отцу оплатить его обучение, но это решение становится все более сложным. Отказываться от этого предложения будет глупо, ведь я сама не справлюсь со своими финансовыми проблемами без него....
Да, после горячего чая стало куда лучше, больше не дрожу.
— Хочешь посмотреть дом? Пиццу вот-вот привезут.
Я киваю, встаю с места. Несмотря на протесты Назара, мою грязную посуду и следую за ним. Мы рассматриваем весь первый этаж, затем поднимаемся на второй. Размеры дома впечатляют. Последнее место, куда заводит меня Назар, — кабинет его отца. Тёмная мебель и стены, напольные механические часы и огромная картина с изображением бушующего моря и кораблей, которая висит в самом центре, над рабочим столом.
— Нравится? — спрашивает Назар.
— Да. Я никогда не была на море, но обожаю любоваться им на фотографиях, видео или картинах.
— Ого! Правда, что ли? Ни разу не была на море?
— Как-то не доводилось, но я надеюсь, что в ближайшее время получится это исправить.
— Уверен, что получится! Мы следующим летом вместе с друзьями собираемся по Крыму проехаться. Если захочешь — с удовольствием тебя возьмём.
— До лета ещё далеко, — улыбаюсь я. — Но спасибо за предложение.
Назар кивает, делает свет в отцовском кабинете ярче и подходит к картине.
— А здесь лежат все сокровища семейства Болотовых, — произносит Назар. — Вот только мне ничего и никогда не перепадает!
— П-почему? — удивлённо спрашиваю, глядя на то, как он наугад нажимает на кнопки. И всё тщетно.
Меня пугают большие деньги. Например, сейчас я всего лишь представляю, сколько может лежать в сейфе, а пульс тут же начинает частить.
«Большие деньги — большие проблемы» — так говорила моя мама.
— Потому что отец ограничивает меня со школы. Во всём! Я, по его мнению, проблемный, ленивый и несерьёзный. Деньги выдаются строго — ни больше, ни меньше. После трат я обязан предоставить отчёт. Представляешь, в сейфе лежат миллионы, а он жалеет на единственного сына!
— Представляю, это, должно быть, обидно, — спешно произношу я, желая поскорее отсюда уйти. — Кстати, а какое кино ты выбрал?
Мы с Назаром выходим из кабинета его отца и направляемся в спальню.
На широкой плазме светится заставка мелодрамы, на журнальном столике стоят попкорн и кола. Действительно, будто в кинозале.
— О, кажется, пицца приехала, — сообщает Назар, после того как звонят во входную дверь. — Скоро вернусь.
