И еще раз напомнила себе не расслабляться. Даже если Вадим не желает мне зла, он все равно вампир. И старше меня на несколько столетий. Это накладывает свой отпечаток на характер.
– Ты не мог бы рассказать мне – что такое фамилиар?
Изумление на его лице было вполне человеческим.
– Тебе этого не объяснили? Ты согласилась на Печати – ничего о них не зная?!
Я сдвинула брови.
– Мне объясняли, но каждый – по-своему. Я не жду правды от тех, кто заинтересован в моей Силе.
– Но ждешь ее от меня? Я только подчиненный!
– И ты сам говорил, что разговаривая со мной, ты разговариваешь с Мечиславом. Пока он не отдаст другой приказ. Я права? Вот и отлично. Сейчас я вполне официально приказываю спокойно и без утайки рассказать все, что ты знаешь о фамилиарах. Печати, методы наложения, последствия их установки, причем как положительные, так и отрицательные. Я все перечислила?
– Все. Но это надолго.
– А ты в самых общих чертах. Чтобы я знала, на каком стуле кнопки лежат.
Клыки блеснули в усмешке.
– Как знаешь. Фамилиар – это название человека, на котором стоят четыре Печати вампира. Всего их три, по числу составляющих. Печать тела, разума, духа. Это ты уже, похоже, знаешь. Четвертая Печать скрепляет данные вами клятвы навеки. Но разорвать связь даже одной Печати еще никому не удавалось. Тебя порядок их постановки интересует?
– Я его знаю. А почему именно такой порядок?
– Потому что тело легче затронуть, чем разум, а разум – легче, чем душу. Это как ступеньки. Взошел на одну – поднимешься и на вторую, а со второй проще подняться на третью.
– Более или менее понятно.
– Когда поставлены все четыре Печати – фамилиар начинает изменяться. Чем дольше он проживет, тем больше изменится. Станет больше похож на своего хозяина и господина.
– Начнет прятаться от света и пить кровь?
– Имеется в виду чисто духовное единение. И изменения, происходящие в душе и разуме. Скажем, если хозяин – жестокий подонок, то фамилиар вряд ли будет светлым ангелом.
– Угу. А если я проживу лет двести с таким господином, как Мечислав, – я начну соблазнять всех подряд?
Вадим улыбнулся самой очаровательной улыбкой. Показались кончики клыков.
– Скорее всего. Сколько шефа знаю – вечно вокруг него какие-то бабы крутились как пчелы у меда. Да и он от них не бегал. Моногамия ему не свойственна.
– А гомосексуализм? – уточнила я. Зачем – черт его знает. Любопытство кошек губит!
Вампир и бровью не повел.
– Иногда, в зависимости от настроения. У вас это называется бисексуал?
– Примерно так.
Почему-то меня это покоробило. Хотя коню понятно, что прожив даже двести лет, утратишь невинность во всех смыслах этого слова. А Мечислав прожил немного больше. Раза в три-четыре больше. И черт меня опять дернул за язык.