Запомни это и старайся побольше держать язык за зубами, а то рано, или поздно, тебе его, точно, подрежут.
Немного поворчав, молодой преступник заступил на вверенный ему пост, а остальные, расположившись по кругу костра, сломленные усталостью, тут же уснули.
Мария проспала не более трех часов. Ей снился сон, как она вместе со своим возлюбленным Иваном отрыла его тайник с золотом, и они отправились тратить вырученные от его продажи деньги на теплый берег Черного моря. Они наслаждались ласкающими лучами осеннего солнца, купаясь в лазурных водах прибрежного акватория.
Казалось бы, ничто не сможет омрачить их несказанного счастья. Но, вдруг, над небом стали сгущаться густые темно-синие тучи, погружая мир в полнейший мрак и ненастье. Из окутавшей прибрежную полосу темноты внезапно появился грозный Борисов, который, жутко хохоча, приговаривал:
— Ты уже все проспала. Я убил твоего Ваню.
Обливаясь холодным потом, девушка открыла глаза, не сразу сообразив, где же она находится.
Из груди ее готов был вырваться крик отчаяния, но она инстинктивно зажала рот своими руками, предотвратив таким образом свое нежелательное быстрое рассекречивание. Через несколько минут, сбросив с себя остатки крепкого сна, она вспомнила все, что с ней в последнее время случилось. Вглядевшись вперед, Вихрева ясно определила, что возле костра сидит один повернувшейся к ней спиной человек. «Где же все остальные? — промелькнула в ее голове тревожная мысль и, продолжая размышлять, снова подумала, — Неужели готовят мне какую-нибудь очередную мерзкую пакость?»
Закравшиеся сомнения не давали Марии покоя, и она решила немного приблизиться, чтобы развеять свои подозрения.
Стараясь создавать, как можно менее шума, она, отжавшись от земли, оказалась на кулаках и концах носков своих армейских ботинок. Так, как принято говорить: «на четырех костях», она стала медленно приближаться к ночному «лежбищу» жестоких разбойников.
Автоматы она оставила на квадр-цикле, при ней находились только: полюбившаяся ей снайперская винтовка, закрепленная на спине, пистолет — в кобуре, складной ножик и финка-клинок «Кирпича», захваченный ею в качестве боевого трофея. Его она сжимала в правой руке, готовая пустить в ход в любую минуту.
Приблизившись к биваку, она с удовлетвореньем отметила, что один сидит на «часах», а остальные развалились тут же, забывшись глубоким сном.