— Как ты думаешь, Ваня, — начала задорная девушка, энергично пережевывая свою порцию, — долго мы будем бегать от этих «мерзавцев»? Может устроить им какую засаду и вступить в отчаянный поединок?
— Все, что ты говоришь, милая Маша, конечно же имеет свой смысл, — вроде бы-как согласился Ковров, но тут же внес совершенно противоположную ясность, — но все же не забывай, что у них преимущество в их количестве, и, кроме того, они не совсем дураки, и начали действовать, включая мозги, что уже дало определенный негативный для нас результат: они смогли вынудить нас бежать, ничего перед собою не наблюдая.
— Да, это, конечно же, факт, — молвила разочарованно Вихрева, приподняв верхнюю часть губы с правой ее стороны, вспоминая недавнюю отчаянную погоню, — но в этот раз они появились внезапно.
— Вот это и правильно. Так случилось, потому что они начали думать, и в конечном итоге поняли, что они уже не «охотники», а противоборствующая равная нам сторона, встретившаяся с опасным противником. Именно поэтому врасплох их застать теперь не получится. Даже если мы и устроим засаду и сможем «уложить» пятерых-шестерых, то, в конечно итоге, сами окажемся в безвыходной ситуации, из которой безболезненно выбраться, навряд ли, получится. Определив наше место, нас попросту окружат и забросают гранатами.
— То есть, ты так считаешь, — прервала девушка рассуждения опытного спецназовца, — что мои планы отличаются безрассудностью?
— Как это было бы не прискорбно, — отвечал возлюбленный своей отчаянной девушке, совершенно вошедшей во вкус этой борьбы за свою жизнь, полностью потерявшей от этого «голову», и окончательно уверившейся в своей полной неуязвимости, — но на данный момент — это так. Поэтому нам пока лучше нехотя отступать, увлекая их за собой, совершая регулярные вылазки, «отщипывая» от их пока еще большой «кучки» «куски», пока количество всей группы не окажется достаточным, чтобы вступить в открытое с ними противоборство. Их командир не дурак, и один стоит половины всего своего в основном бездумного войска. Этот факт тоже не стоит сбрасывать со счетов.
— Понятно, — произнесла Мария, полностью доверяя мнению своего продуманного любимого, — значит продолжаем вести «партизанщину»?
— Пока да. А там, поглядим, — подтвердил разведчик слова своей милой возлюбленной.